Прелесть, какая дурочка

Удивляюсь этому феномену, но и не мечтаю о таком. Не те сейчас люди. И я совсем не похожа на мать. Мама никогда не поймет. Зато поймет Люба, сидящая напротив, уж ей не станешь рассказывать сказки в стиле: «Я его люблю».

Рассмеется в лицо.

Люда поднимает руку, и перед моими глазами вспархивают розово-зеленые бабочки. Это подруга изображает пальцами с ногтями-стилетами подобие щелчков перед носом. Щелчки с таким маникюром не получаются, но намек понят, нужно выходить из задумчивости.

– Извини, что ты сказала?

– Сказала, что ты теряешь время на непродуктивную печаль, – Люба кричит, как будто с глухой разговаривает.

– Шшшш, – оглядываюсь на соседний столик, – но там расположилась компания подростков, которым нет дела до двух теток.

– Не мне тебя учить, – продолжает подруга, чуть понизив голос, – замену надо искать срочно.

– Ты знаешь, у меня пока нет сил. Может, отдохнуть немного?

– Отдохнешь на Багамах с новым кавалером!

Последний аргумент бесспорен.

– У меня есть на примете один сотрудник. Зарплата офисная, живет у родственников, женат не был. Слишком желторотый на два года тебя старше.

– Ты что это? – возмущаюсь, – Кого попало мне предлагаешь?

– Есть два плюса: красив и бездетен. И, кажется, не жадный.

– Я бы тоже была не жадная, когда дать нечего. И зачем мне его красота? Это же минус, а не плюс! Мне нужен кто-то поуродлевей, чтобы знал свое место и был счастлив, что я до него снизошла.

– Но я ж тебе не для жизни предлагаю, а так размяться. И не разбрасывайся мужиками, это нецелесообразно. Вот у меня, один по ресторанам водит, а другого я называю «такси». Больше с него ничего не возьмешь, хоть подвозит. С поганой овцы шерсти клок. И третий есть – красавчик. Женат, но я с ним на вечеринки хожу, и заигрываю с другими. Знаешь, как мужикам интересно отбить бабу у такого блистательного типа?

– Понятно. А мне, зачем красавчик. Для того же?

– Нет, – качает головой Люда, – он вечеринки не потянет.

Люба все устроила как нельзя лучше. И уже вечером я сижу в том же кафе в кремовом, слишком тонком для осенней погоды платье, взбивая кончиками багровых ногтей свои блестящие кудри.