Расследования официальные и не очень

Если хотите, я отдам их сначала в химчистку. Просто сами понимаете, они в пятнах…, в грязи.

– О не затрудняйтесь, это ведь все неважно!

Жозефин раздумывала:

– Так, по-моему, я их отнесла в прачечную… Нет, я их точно туда отнесла. Секунду, я посмотрю.

Она вышла из комнаты и прошла по коридору. Мадам Пробст ждала Жозефин довольно долго и уже стала нетерпеливо посматривать в черноту коридора, когда та вернулась с сияющим видом:

– Ради Бога извините, я оказывается положила их не в прачечную комнату, а на антресоли в пластиковый мешок.

И не обращая внимания на возражения, она засунула пиджак и пальто в большой красный пакет. Порывисто обняв Жозефин на прощанье и благодаря ее на французском и немецком одновременно, мадам Пробст наконец удалилась.

***

Сержант Дэгль из льежской уголовной полиции приходился Жозефин Матью племянником. Он работал в отделе уже 2 года и был на хорошем счету у начальства, которое ценило его за умение быстро все схватывать.

Жозефин встретилась с племянником в Льеже в его обеденный перерыв, они зашли в кафе на площади XX августа и заказали кофе и крок-месье. Когда Жозефин переходила улицу перед зданием университета ей на секунду показалось, что в толпе мелькнула мадам Пробст. Впечатление было мимолетным, и она решила, что ей померещилось.

– Да, шеф со мной всегда советуется, – рассказывал Дэгль, – И вообще у нас довольно демократичная команда, но без панибратства. Зато и раскрываемость у нашей бригады одна из самых высоких в отделе. Ну ладно, тетя, скажи, наконец, что тебя так взволновало.

Хьюг был любимчиком Жозефин. Она прекрасно помнила, что из всей ватаги племянников и племянниц один Хьюг всегда помогал ей на заправке: помыть колонку, расставить цветы в вазонах – он всегда стремился угодить тетке, а она за это выделяла его из всех остальных.

Жозефин подробно рассказала обо всем, что произошло вчера. Когда она закончила, Хьюг Дэгль сощурил глаза и кивнул:

– Ну да, все самоочевидно.

– Ты понимаешь, почему я решила поговорить с тобой? – сказала Жозефин, – дело в том, что иногда я не могу внятно объясняться…

– Ну что ты, Жозе…

– Это правда. Иной раз на меня прямо ступор находит.

– Ступор в критический момент находит на всех, – рассудительно сказал сержант Дэгль.