Апостол Смерти

То ли загулял, то ли совсем пропал на своих подработках…

– Умер Никитка, – как битой по голове, огрел его новостью Демид.

У старика откинулась щетинистая челюсть.

– Как… как это умер? – просипел он. – Никитка! Помер?!

– Больше сорока дней прошло, Пётр Иванович, – сочувствующим голосом сказал Сумрак. – Меня зовут Демид, я только прилетел с отпуска, и Лера, его девушка, – положил руку на плечо Леры, – мне рассказала.

«Моя девушка» растерялась ровно на секунду и состроила скорбное выражение.

– Разбился он на своей машине, – траурно произнесла она и опустила голову. Демид обнял её за плечи, а старик заахал. – Гроб на колёсах эта его древняя десятка, я всегда ему это говорила, и вот!

– Девятка! – воскликнул я, но Демид оборвал меня на полуслове:

– К вам разве не заходил участковый?

Сосед, поколебавшись, почесал пальцем голову.

– Ко мне-то, бывает, кто и стучит, да я ж пока с кровати встану, пока до двери доковыляю, открою, а уже и нет никого.

– Могила без фотографии, – сообщил некромант.

– У Никиты ни родственников, ни друзей не было, – всхлипнула Лера и спохватилась. – Кроме нас! А у меня только наши совместные фото… сказали, нельзя на могилу…

– Никого у него не было, – закивал Пётр Иванович. – Мать погибла, а как и бабка его, Лидия Семённа, померла, так совсем один остался. Два дня внука с армии не дождалась! А ведь носилась последнюю неделю перед дембелем его, суетилась, готовилась, а тут возьми и скакни давлёнка! Хотел Никитка приехать на бабкины блины, а приехал на её похороны.

– Может, хватит? – разозлился я. – Просите у него ключ!

– Это очень трагично… – начал было Демид, но старика уже несло по полной.

– Тяжко парню пришлось по жизни, ох тяжко! – тараторил он, вылезая из квартиры в древних «разговаривающих» тапках. – Отца не знал, мать потерял в детстве. Та вон тоже в аварии разбилась.

– Пётр Иванович…

– Тогда-то они с бабкой и переехали сюда лет десять назад. Семённа, как дочь схоронила, с давлёнкой замучилась, сахар заскакал, все болячки повылезали! Работать уже не могла, а пенсия эта копеечная – всё на лекарства да кусок хлеба. Не справлялась она. У Никитки ещё первый пушок под носом не вырос, как подрабатывать начал. Всё на себя взвалил, так школу и не окончил.