Апостол Смерти

Я так ни разу и не задумался, что это за сущность, душа или некая сила. Может, это была сама Смерть?

Прежде чем я успел осмыслить, рассказывать ли о ней некроманту или нет, слова вырвались сами:

– Ничего. Забвение.

Ни слова больше не сорвалось с моих онемевших уст.

Я понял. Это тайна. Священная тайна завесы загробного мира, познать которую дано лишь проходящим за её сокровенные границы без возможности вернуться назад. Воля ваша, госпожа смерть. Как только меня отправят в таинственное «обратно», я унесу вашу тайну с собой в могилу.

– Совсем ничего? – подавлено изрёк Демид.

Женщина в моём воображении глядела на меня красивыми непроницаемыми глазами и медленно покачивала головой.

– Ничего.

Нас опутало загадочное молчание и могильная тишина. Даже Ева перестала мурлыкать и вместе со своим хозяином застыла, как чучело со стеклянными глазами на восковой фигуре человека.

Некромант опять углубился в чтение, перелистнул жёлтую страницу и, нахмурившись, стал что-то вдумчиво читать.

– Ты являешься необычным, уникальным духом, Никита. Ты сохранил не только прежний облик, но и способность мыслить и испытывать эмоции, свойственные тебе при жизни. Я не знаю, что делать конкретно в твоём случае, так что начнём с общепринятых дел. Если мёртвые обращаются к некромантам, в основном они хотят помощи в незавершённых делах или в делах их близких. Иногда они просят привести в порядок их могилы или найти их пропавшие тела, иногда помочь расследованию их убийств.

И я стал думать. А чего мне хотеть? Воскрешения? Это невозможно, ежу понятно. Вернуться туда, откуда я пришёл, по сути, сам не зная куда? Если так задуматься, раз меня вернули, как бракованный товар, значит, это зачем-то нужно, и вряд ли для того, чтобы меня, как ракеткой в бадминтоне, отбили в это абстрактное, непонятное «обратно».

А может, и в правду что-то, оставленное мной при жизни, не желает отпускать меня в пространства безграничной вселенной.

– Я не знаю, – устало признался я. – Я не знаю, что в моём положении можно желать, и стоит ли вообще.

Демид снова принялся гладить кошку, и та затарахтела, как трактор, стала тереться головой и облизывать ему руку.

– Понимаю… Только это и понимаю, больше ничего, – тихо произнёс он. – Знаешь, в дневнике усопших описан один ритуал, который может тебе помочь.