Личная слабость босса

Но старалась не грубить своему работодателю.

– Нет, не интересует. Просто хочу, чтобы вы были на связи двадцать четыре на семь.

– Я постараюсь выполнить ваше условие.

– Отлично. Так о чем хотели поговорить? – Изогнул вопросительно одну бровь начальник.

В висках запульсировала кровь. Я должна спросить, в конце концов, терять мне нечего.

– Роман Георгиевич, мне нужно восемь миллионов. Не могли бы вы одолжить такую сумму? – На одном дыхании выпалила я.

Какое-то время он смотрел на меня в упор.

– Одолжить? И сколько вы будете их возвращать? – Постукивая пальцами о стол, поинтересовался он.

– Могу отдавать часть зарплаты.

– Хм…

– Если не можете одолжить такую сумму, так и скажите. Пойму.

Роман Георгиевич молчал. Я это расценила, как отказ. Развела руки от безысходности и отправилась к себе. Не получилось, но попробовать я должна была.

– Дарья Сергеевна, остановитесь. – В голосе босса чувствовался металл.

Я замерла в ожидании чуда. Скрестила пальцы и зажмурила глаза.

– Повернитесь! Прекратите стоять спиной ко мне, когда я с вами разговариваю. – Прозвучало, как приказ.

Ослушаться не могла. Развернулась. Наши взгляды встретились.

– У меня к вам деловое предложение. – С хрипотцой произнес он.

– Слушаю внимательно.

– Я дам вам восемь миллионов, но взамен вы станете моей любовницей.

– Что? – Почти шёпотом спросила я. В горле пересохло. – Да, как вы смеете такое предлагать? За кого вы меня принимаете? – Мне кажется, что от возмущения даже топнула ногой, как ребёнок.

Вот наглец! Как он может делать мне такие предложения. Вылетела из кабинета, пулей. Но сделав несколько шагов, остановилась. Сосчитала до пяти. В голове возник образ Ваньки. Его светлые волосы, худое лицо, большие, голубые глаза. К горлу подступил ком.

– Даша, от тебя не убудет. Ты спасаешь жизнь ребёнка. – Твердила я сама себе.

Решительно открыла дверь. Озабоченный начальник сидел по-прежнему за своим столом и вид у него был такой, как будто он сама невинность.

– Что-то забыли, Дарья Сергеевна? – Откинулся на спинку стула директор. Как будто приготовился к просмотру спектакля.

– Я согласна. – Каждая клеточка моего тела протестовала, но больше мне никто помочь не мог.