Король моего сердца

Ниньи пыталась выходить маму, те слуги, что еще не слегли, пытались помочь заболевшим. Поэтому я затащила мальчика в небольшую каморку и плакала, сидя рядом с его бьющимся в судорогах телом.

– У него были судороги?

– Да. Вероятно, на детский организм яд воздействует куда сильнее, чем на взрослый.

– И чем закончилась эта история? – помолчав, все-таки задал вопрос мужчина.

– Не знаю, каким чудом, но ему удалось выжить. Однако больше дружить со мной он не захотел. Наверное, он навсегда запомнил, как я стояла рядом, глядя на его мучения, и ничего не сделала.

И он был прав, – с горечью добавила Эллери.

– Едва ли тебя можно в том упрекнуть. Сколько лет тебе было?

– Едва исполнилось семь, – спустя пару мгновений отозвалась она, все еще мыслями пребывая в том страшном времени своего детства.

– Ты слишком сурова – едва ли можно многого требовать от ребенка, которым ты тогда была.

– Повзрослев, я почти силой заставила Ниньи посвятить меня в таинство врачевания.

Конечно, толкового знахаря из меня не вышло, однако самым простейшим вещам меня все-таки обучили. К примеру, как вытащить стрелу из раны или ухаживать за больным горячкой.

Повисла глубокая тишина, и девушка уже, было, решила, что ее собеседник заснул, как раздался его низкий задумчивый голос.

– Никогда бы не подумал, что королевская дочь может быть такой.

– Какой же? – Эллери затаила дыхание, готовясь или обидеться, или расплыться в улыбке.

– Столь необычной, – прозвучал краткий ответ.

Но даже в кромешной тьме, царящей вокруг, девушка почувствовала, как с губ наемника скользнула легкая улыбка. И удовлетворилась этим словом, решив, что быть необычной принцессой куда лучше, чем странной или даже, наоборот, самой обычной.

И с того вечера началась для Эллери совсем иная жизнь.

Ее никогда не готовили к такому – она прекрасно танцевала, умела изъясняться на нескольких языках, могла поддержать любую светскую беседу. Но как разжечь пламя, сколько нужно варить крупу и сколько соли приходилось на котел воды – все это представляло для нее нелегкую загадку.

Которую она, мало по малу, успешно разгадывала. Порой приходилось весьма нелегко, но зато каждая эта маленькая победа наполняла сердце принцессы небывалой прежде гордостью – впервые в жизни она не опиралась на помощь слуг или придворных.

Сразу за домом шелестел лес, пением птиц начинался и заканчивался каждый ее день здесь.