Король моего сердца

Откуда в ней взялась такая стойкая неприязнь к королевским отпрыскам, Эллери не знала, но подозревала, что тому виной послужили не самые удачные примеры, в изобилие встреченные на балах и пирах.

Правда, жизнь все равно внесла свои коррективы в детские мечты, – избранный ею юноша оказался не рыцарем, как то мечталось в детстве, а менестрелем. Прежде такое не мужественное занятие заставило бы принцессу пренебрежительное фыркнуть, но теперь… После встречи с Майином все изменилось.

Мысли о возлюбленном принесли горечь – в памяти по-прежнему остро всплывали картинки пустой церкви, и сколько б ни пыталась девушка гнать от себя тягостные сомнения, полностью одолеть их не выходило.

Замок дядюшки всегда был для Эллери одним из любимейших мест, где она часто оставалась гостить. Эти стены стали немыми свидетелями немалых выходок растущей принцессы, здесь, в отличие от родного дворца, ее никогда не ругали и ничего не запрещали. Своих детей у дяди не было, и любимая племянница всегда была желанным гостем.

Поэтому девушка ничуть не удивилась, когда стражники у ворот, едва завидев катящуюся к ним карету, распахнули тяжелые створки, впуская экипаж и двух сопровождающих его всадников.

Не удивилась она и при виде странно опустевшего двора, обычно заполненного дворовой челядью. Лишь только несколько стражников застыли у высокого крыльца, внимательно наблюдая за покидающими карету женщинами.

– Вам не кажется, словно нас здесь заранее ожидали? – тихо произнес наемник, подавая руку Эллери.

Ступив на землю, девушка огляделась и с легкой долей неуверенности пожала плечами.

– Просто здесь меня всегда рады видеть.

Бродяга ничего не ответил, отступая назад.

Норк поддерживал под руку Ниньи, помогая той идти, ну а Эллери торопилась скорее оказаться внутри.

Отворились широкие двери, в лицо путешественникам пахнуло сыростью и множеством других запахов; десятки голосов на миг оглушили и заставили замереть на пороге.

Просторный зал был полон. Но все разговоры и шум стихли при появлении тонкой девичьей фигурки.

– Дядюшка! – принцесса радостно бросилась к высокому чернобровому мужчине, застывшему в окружении слуг.

Толпа расступилась, пропуская девушку в центр.

Она успела заметить непривычно хмурое выражение лица, прежде чем утонула в знакомых родных объятиях.

Отстранившись, Эллери наконец-то вгляделась в знакомое лицо, недоуменно отмечая плотно сжатые губы и тень вины, скрывавшуюся в глубине светлых глаз.