Пора жениться

От чего-то ему не понравилось, как Гилл назвал его мать. Даже Эммануил не называет её Наденькой.

– Скажем так, меня поставили перед фактом. Мама решила, что мне пора жениться, и этим всё сказано.

– Но ты ведь понимаешь, что должен отвечать на вопросы перед камерой и делать вид, что ты счастлив участвовать в таком масштабном телешоу. Если тебе тяжело обманывать зрителей, то давай мы составим для тебя ответы, а ты представишь, что актёр…

– «Вся жизнь – игра, а люди в ней – актёры», – Аркадий усмехнулся. – Забавно, не правда ли? Шекспир глаголил истину.

«И каждый не одну играет роль». У меня нет выбора, Алекс. Но за ответы буду признателен, ибо мои вам не понравятся.

В пять тридцать пришёл костюмер в компании гримёров. Из Аркадия сделали не просто конфетку, а сладкий карамель. Чёрный смокинг с лацканами из шелка, идеально отглаженные брюки, галстук-бабочка придавали ему ещё больше достоинств. Он посмотрел на себя в зеркало. Гримёрша припудрила ему нос и щеки, огибая красиво стриженную чёрную бородку.

Волосы не требовали какой-то особенной укладки, их лишь слегка спрыснули блеском. Завершала образ бутоньерка в петлице. Именно она заставила Аркадия поверить, что из него делают жениха.

Из него уже сделали жениха.

***

Встречу с женихом устроили в саду. Девушек рассадили на красивых стульях полукругом, каждой вручили листок бумаги и маленький конвертик. Участницы должны были написать одно слово, характеризующее отношения с Аркадием.

Когда Надежда рассказала об этом, он рассмеялся.

– Давай поспорим, что девяносто процентов напишет слово «страсть»?

– Ты их явно недооцениваешь.

– Я их ещё не видел, но уже могу предположить, что они из себя представляют. Уважающая себя девушка не станет подписывать контракт, где чёрным по белому написано, что ей можно вступить с женихом в половые отношения, если это обоюдное согласие. А вдруг я захочу развлечься?

– Вот именно! По обоюдному согласию, – заметила Надежда. – Ты сам поймёшь, что под этим подразумевается.

Я здесь не оргию устраиваю, а пытаюсь предоставить тебе выбор.

– Спасибо, мама!

На этот сарказм Надежда махнула рукой. Она верила, что уже через пару месяцев её сын заговорит по-другому. А пока остаётся набраться терпения и выслушивать его иронические, а порой колкие высказывания.

Аркадий терпеливо ждал своего выхода. Он ни капельки не волновался, а из угла в угол ходил только потому, что нервничал. Он желал, чтобы этот кошмар поскорее закончился.