Обратно в забытое время

Я дёрнула один раз, второй, но она не поддавалась. Пристроив лицо между железными прутьями, я посмотрела на противоположный дом. В окнах не горел свет, поэтому я ещё не верила, что попала туда, куда нужно.

Резко пронёсшаяся мимо машина заставила меня отпрянуть от забора. Я споткнулась о какой-то пень и приземлилась на мягкое место. Надо же! Десять лет я не видела автомобилей, поэтому не ожидала, что испугаюсь, хотя я ведь была готова к их появлению. Сердце до сих пор колотилось в груди. Вторая машина уже не напугала меня.

Встав и отряхнув платье, я снова посмотрела на калитку, прикидывая, смогу ли перелезть через неё. Помнится мне, этот лабиринт используют в качестве туристической достопримечательности, за вход у нас с Эриком и Айалой тогда взяли деньги. Понятное дело, что никто не станет бросать ворота открытыми, как это было в 1768 году.

Я приготовилась. Крепко обхватила ладонями верхние прутья, нога нашла опору, но тут вдруг послышался шорох в кустах, и чьё-то негромкое французское ругательство.

Отпустив прутья, я встала к калитке спиной. Снова послышалось негромкое бормотание. Я покрутила головой влево, потом вправо. Заприметила палку в углу. Это оказалась щетка для чистки полов. Всё же лучше, чем ничего.

Когда человек вышел из тени деревьев на свет, я со всей дури размахнулась и… вмазала бы, если бы мужчина не поймал палку.

– Мадмуазель Ревекка, вы задумали меня убить?

Чудо удержало меня от крика.

– Блез?! – зашипела я, схватила за руку и утащила вглубь, к камню. – Как это понимать?

– Мне стало любопытно, как вы проделаете свои ведьмины штучки. Думал, вы исчезните как призрак. Я часто слышал истории о душах, попавших в чистилище. Они могут исчезать в одном месте и появляться в другом.

– Какие души! Какое чистилище! – злилась я. – Ты хоть знаешь, во что вляпался?

Блез смотрел на меня с предвкушением, будто я собиралась у него на глазах вытащить зайца из шляпы.

– Мы сделали переход во времени.

– Ага.

– Что «ага»? Ты в будущем!

– О.

Кажется, он не поверил. До меня с ужасом доходило, что за пределами лабиринта начнутся реальные проблемы. А куда мне его деть?

С дороги послышался настойчивый сигнал автомобиля, а потом громкое ругательство на турецком языке. У Блеза округлились глаза.

– И это только начало! – буркнула я.

– Что это было?

– Железный конь. У нас они не ржут, а гудят.

Блез с минуту стоял не шевелясь.