Клык

– Да почему?!

– Если мы переспим, ты навсегда будешь принадлежать мне.

– Я готова. Ронни, пожалуйста, сделай это. Сейчас. Не мучай.

На этот раз Ронни не стал сопротивляться.

– Ты хорошо подумала?

– Да.

– Ладно. – Ронни рванул мою рубашку, пуговицы полетели в разные стороны.

В этот момент я должна была испытать шок или раздражение, а может, злость за испорченную вещь, но вместо этого мое желание только усилилось. Я прижалась к нему, нетерпеливо застонав, затеребила замок его «молнии» на старых потертых джинсах.

Ронни целовал мое тело, покусывал, облизывал мочку уха, и мне казалось, что я схожу с ума. Стоило приоткрыть глаза, и стены начинали вертеться. Мне предстояло выдержать ураган неизведанных чувств.

Я избавилась от уже непригодной ни к чему рубашки, Ронни наклонился ко мне и двумя руками поднял мою голову так, чтобы я смотрела ему в глаза.

– Скажи мне, чего ты хочешь? – Его глаза горели неестественным огнём, огнём страсти и похоти.

– Хочу улететь. В космос, – уж не знаю, откуда взяла эти слова.

По-моему, Стелла рассказывала о полетах во время секса. И это произвело на Ронни впечатление. Он щелкнул застежкой на моей спине и освободил мою грудь от бюстгальтера. Вещь беспомощно упала на пол. Потом он аккуратно снял мою подвеску с клыком и положил на стол.

– Держись крепче, детка, – томно прошептал он, – я сумасшедший лётчик.

***

Я ощущала тепло его рук у себя на спине, моя грудь прижималась к его коже, и это приводило меня в экстаз. Когда он слегка отстранился и накрыл ладонями мои груди, меня захлестнула волна удовольствия.

Поцелуи, поцелуи… много поцелуев.

Ронни делал все медленно, мучительно, блаженно. Когда его язык коснулся соска моей левой груди, я судорожно вздохнула.

– Ох…

– У тебя красивая грудь, – хрипло произнёс он, затем перешёл на вторую и начал дразнить сосок, который становился все чувствительнее от его прикосновений. У меня перехватило дыхание. Я выгнулась, поощряя его.

Ронни встал на колени, лаская и целуя мой живот, сжимая ягодицы.

Я и предположить не могла, что это будет настолько приятно.

Он расстегнул «молнию» у меня на джинсах.

– Пора устранить преграду, – прошептал он с придыханием и потянул джинсы вместе с трусиками вниз. Дрожа всем телом, я помогла ему. В этот момент меня не волновало, что в комнате горит слабый свет, и Ронни отчётливо видит каждый изгиб моего тела. Стеснения не было. Я ощущала непреодолимое желание стать его женщиной.