До Луны и обратно

Грайон свистнул – и уже через секунду летел верхом в сторону городской ярмарки.

Приземлившись в траве возле высокого прилавка, он ощутил в себе веселое волнение. На городской ярмарке царила суматоха. Уличные музыканты пели о любви и лете. Великаны продавали здесь фрукты, овощи, орехи и ягоды. Грайон с удовольствием вдыхал смешанные ароматы, ощущал дуновение ветра и впитывал тепло. Но пора было действовать. Нуом закинул тонкую веревку высоко наверх к прилавку, и крюк на ее конце впился в сочную грушу.

Грайон потянул, и груша полетела вниз, словно с неба. Когда она приземлилась, нуом вставил в нее соломинку, через которую сладкий грушевый сок потек в стеклянную бутылку.

Бутылка наполнилась почти до краев, когда рука продавца-великана потянулась за грушей. Нуом схватил бутылку, заткнул пробкой и, сжавшись в комочек, прикинулся камнем – к счастью, на нем была серая неприметная одежда в цвет мостовой. Делать так его научили ящерицы.

Когда груша вернулась на прилавок и опасность миновала, нуом поднялся на ноги и быстро осмотрелся.

Он увидел лавку с сухофруктами и побежал к ней, стараясь держаться подальше от великанов, которые в любой момент могли раздавить его своими грубыми башмаками.

По веревочной лестнице нуом залез в мешок с ароматным изюмом и взял себе несколько тяжелых сладких ягод. Таких, пожалуй, хватит на неделю. В другой лавке он отпилил тонкий ломтик сливочного сыра, аккуратно скрутил его в трубочку, как огромный лист, и тоже положил в рюкзак.

Затем, уже порядком уставший, пробежался до лавки с крупой и, забравшись на прилавок, насыпал себе пшена.

Стоит отметить, что еду Грайон брал не просто так. Каждый раз он оставлял на прилавке золотую монету с изображенным на ней королем нуомов. Мешок с монетами ему однажды принесла к фонарю семья мышей со словами: «Это оставили твои родители, когда уходили из города». С тех пор Грайон мог покупать себе еду на ярмарке. Находя нуомовские золотые на прилавках, великаны-продавцы, конечно, и не подозревали, что эти крошечные бусинки представляют собой какую-то ценность.

Но почему-то решали оставить их себе или подарить своим детям.

День клонился к вечеру. Грайон нес за спиной тяжелый рюкзак с припасами. Он шел уже к выходу, как вдруг ощутил неприятный кисловато-молочный запах. «Что это?.. – подумал он, и внезапно его осенила страшная догадка. – О нет!..»

Но догадка была верна – он оказался в мясном ряду.