До Луны и обратно

Грайон был силен и крепко держался за лапу Филимона, из-за чего их все время кренило влево. Пытаясь схватить их обоих своими острыми зубами и цепкими когтями, кот скакал, будто шар с зубами, который не ел неделю. Миновав в одну секунду весь коридор, кот побежал за попугаем в детскую. Филимон уселся на люстру с нарисованными на ней звездами и ракетами, чтобы передохнуть. Кот забрался на шкаф – и ринулся в атаку на люстру. Резко качнувшись, Грайон выпустил из рук огромную лапу попугая, сорвался и камнем полетел вниз.

Через секунду свободного падения Грайон дернул за кольцо, и солнечно-желтый купол раскрылся над его головой. Кот бросился с люстры на пол и приземлился на ковре, как большой зубастый снаряд. Он сел поджидать парашютиста.

Филимон замахал крыльями, щедро посыпая кота-аллергика пухом и перьями, и истошно закричал:

– Берррегииись!

Еще секунда – и Грайон был бы схвачен в капкан острых зубов, но внезапно кот, вопреки законам природы, взлетел к потолку.

– Что ты тут устроил, Сосиска? – весело спросил мальчик у кота.

Кот мурлыкал и подлизывался, притворяясь послушным домашним питомцем, заслуживающим молока и сосисок.

Грайон решил воспользоваться ситуацией и спастись бегством.

– Ого! – прокричал вслед мальчик ему.

О ужас! Великанский ребенок заметил на полу бегущего со всех ног нуома, быстро наклонился и в тот же миг схватил рыжего человечка в свои теплые ладони.

Нуом лихорадочно думал, что ему предпринять. Как назло, попугай при виде хозяина трусливо попятился и самовольно забрался в клетку. Было ясно, что он совершенно не собирается помогать Грайону.

– Ты что за человечек? Признавайся! – весело сказал мальчик.

Нуому очень не понравилось это фамильярное обращение, и он гордо, насколько позволяло положение пленника, заявил:

– Заприте этого кота и поставьте меня на землю. Тогда мы сможем с вами завести знакомство.

Мальчик зачарованно улыбнулся. Он никогда еще не видел говорящих человечков размером с его игрушечных солдатиков.

– О, вы умеете разговаривать! – Сережа выпустил кота, а сам с Грайоном в руке сел на диван.