Хроника смертельной весны

 – Это в спальне, пойдемте, я покажу.

– Вы позволите? – Виктор неловко постарался обойти Маню, не задев. Она чуть посторонилась: – Может, мне разрешат взглянуть, как крушат стены в моем доме?

– Думаю, вам лучше оставаться здесь. Мы как-нибудь сами справимся.

Сержант провел Виктора в спальню особняка – на второй этаж. Уже на мраморной лестнице с золочеными перилами майор почувствовал омерзительный запах тухлятины. Он достал носовой платок и прикрыл нос и рот. На площадке второго этажа их поджидал судмедэксперт со спецоборудованием – назальными тампонами.

– Угу, – пробурчал майор и инстинктивно задержал дыхание, прежде чем открыть дверь в спальню.

Трупное зловоние обрушилось на него, несмотря на затычки в носу. Оно мгновенно проникло, как показалось Виктору, в каждую складку одежды, в каждую клеточку его тела.

– Докладывайте, – приказал Виктор сержанту. Тот, сглатывая подкатывающую к горлу тошноту, рублеными фразами стал рассказывать:

– Нас вызвали три часа назад. Хозяйка визжала, что у нее трубу прорвало. Дежурный ее послать хотел, но потом она заорала, что жена самого Грушина. Отправили наряд, нас, то есть.

– Поподробнее, – потребовал Глинский.

– Трубу и впрямь прорвало. Но когда мы сюда зашли, сразу стало понятно – жуть какая-то. Воняло мертвечиной, и явно отсюда, – сержант указал на развороченную стену – на внешней стороне виднелись следы венецианской штукатурки чудесного серо-персикового оттенка. Огромное зеркало, в зеркальной же раме, прислонили к противоположной стене. Роскошная обстановка, норковое покрывало на кровати, дубовый паркет – все было покрыто рыжей кирпичной пылью…

– Короче, стену мы вскрыли.

Виктор, превозмогая себя, заглянул в проем. – Ни х… себе.

– Вот и мы так подумали, – сержант закивал. – Мы тела не трогали, вдруг там следы сохранились.

– Благодарю, – выдавил Виктор. – Вы свободны.

Сержант, не без облегчения, козырнул и мгновенно испарился – словно его и не было.