Путь

Как говорил один мой учитель: «Слух о том, что пьяный интроверт станет экстравертом, является самым распространённым мифом».

Собственно, добравшись до центра города, лиходейки нашли на карте ближайший ломбард. Он был расположен в переулке, все здания в котором больше походили на сбор библиотек и музеев. Дорога переулка оставляла желать лучшего. Пятнистыми провалинами поредел асфальт, и кое-где даже проросла трава, испорченная осенью и снегом. Не установившаяся погода, словно не решалась стелить белоснежный ковёр повсюду, то спуская снег вниз, то размывая его дождями.

Маленький ломбардец, теснили два больших других помещения. Наверное, это были крайне важные места хранения старины и прочих прелестей ушедших от нас эпох. Деревянная дверь, почерневшая от старости, выглядела очень тяжёлой. Со скрипом, она еле-еле отошла от рамы, а внутри помещения звякнул маленький колокольчик.

Откуда-то из глубины ломбарда появился старичок. Но это был красивый и ухоженный старик. Манерой и статью он смахивал на хитрого еврея.

Чёрная косая борода, кудряшки седой проволокой торчали в разные стороны из-под кипы, а сам он был одет в большой балахон, рисунком напоминающий персидские самотканые дорожки. Маленькие круглые очки наполовину закрывали глаза, а карие, диковатые радужки блестели, как самоцветные камни.

– Доброго дня прелестницы. – оскалился старик, и в этот момент обнажился его золотой коренной зуб. Какая памятная примета, не правда ли?

– З-здравствуйте. – заикаясь ответила Юля – Мы бы хотели продать пару бабушкиных украшений.

Она умерла, а эти украшения не нужны ни мне, ни моей систре.

– Конечно, конечно! У старого Якуба можно и продать, и купить. – он хитро улыбнулся, и посмотрел на девушек сквозь очки.

– Якуб? – Спросила Настя.

– Как один из братьев Гримм. – хмыкнула Юля.

– Можно и так, а можно и сяк. – светился старик – Имя моё означает – идущий по следу, или следящий оком божьим.

Тон ломбарщика явно не оставлял покой девушек.

Ну представьте себе, какой-то старик с блаженной улыбкой, нагоняет жуть с помощью своего имени. Дешёвая постановка далёких пятидесятых годов, ни в дрожь, ни в смех.

Настя стояла у окна, поглядывая на улицу, Юля неохотно подойдя к странному Якубу, достала несколько украшений из золота и мелких бриллиантов, где-то в 0,01 карат.

– Хм… Думаю я смогу дать вам за это меньше, чем вы предполагаете. – придирчиво рассматривая украшения, сказал он.