Я нарисую тебе сказку

Девушке и так придется провести с ним около часа наедине, помогая определиться с дипломной, что совсем не добавляло радужного настроения. Но и оставить студента без помощи Лиса не могла.

– Если я не ошибаюсь, сегодня первый день, когда к вам на занятия придет мой оболтус, – уточнила подошедшая к ним декан стихийников, гэта Азария Воркс.

– Да, вы совершенно правы, – подтвердила Марилиса, почувствовав, как окончательно портится настроение.

– Вы уж там построже с ним, – попросила магистр Воркс, сдвинув брови к переносице.

– Студент, марш из преподавательской, вам здесь больше делать нечего, – прервал проникновенную речь стихийницы магистр Сторкс.

Мельком глянув, как Одар поспешил выполнить приказ мага, Лиса вернулась к беседе с гэтой Азарией, клятвенно заверив, что на ее факультативе у Корина не будет времени страдать чепухой. По крайней мере, магиана искренне надеялась на благоразумие провинившегося студента.

И ее надежда жила ровно до первого факультативного занятия.

Все началось вполне мирно. Корин зашел в аудиторию в числе других студентов боевого и стихийного факультетов. Осмотревшись, он презрительно хмыкнул под нос, но дерзить не стал. А ведь Лиса была готова начать занятия с достойного отпора стихийнику.

Окрыленная надеждой, что все пройдет хорошо, магиана предложила:

– Студент Маурский, так как только вы являетесь здесь новичком, и я не знаю ваших возможностей, то предлагаю нарисовать все, что взбредет в голову.

С сомнением посмотрев сначала на магиану, а затем, переведя взгляд на ватман, Корин неожиданно улыбнулся.

– А чем рисовать?

– Всем, чем захотите, – разрешила Лиса, с любопытством осмотрев стихийника.

То, что он что-то задумал, не вызывало сомнений. Магиане даже стало интересно посмотреть на конечный результат. И всего через двадцать минут она смогла его узреть.

Когда Корин применил заклинание иллюзии, Марилиса поначалу даже удивилась, зачем ему это понадобилось.

– Гэта Марилиса, я закончил, – бодро отрапортовал Маурский. – Как вам?

А Лиса так и продолжала молча смотреть на косо нарисованную огромную женскую грудь, трясущуюся так, словно она сделана из желе.