Моя любимая заноза

 – Дияр растянул губы в широкой улыбке, отчего ее взгляд опять приковала бледная, немного рваная полоска кожи.

– Ты о моей боязни некромантов? – холодно спросила Анита, раздраженная этим упоминанием. – Так она давно прошла.

– И о ней тоже, – не стал отрицать боевой маг. – Но в первую очередь о том, как испуганно ты смотрела на меня. Я часто вспоминал серую дымку твоих глаз…

Насмешливо приподняв бровь, целительница взглядом выразила весь скептицизм, который почувствовала из-за его слов. Поддаваться на сладкие речи этого мужчины она точно не собиралась.

– Зря не веришь, ведь у тебя очень красивые глаза. – Дияр взъерошил рукой свои волосы и обезоруживающе улыбнулся, неожиданно став похожим на того беззаботного юношу, которого женщина когда-то встретила в стенах родной академии.

– Зачем ты меня звал? – спросила Анита, заставляя себя отвести взгляд от его губ.

– Да ладно тебе, – фыркнул боевик и скрестил руки на груди.

На мгновение опешив от такой наглости, Анита рассмеялась. К ней тут же присоединился Дияр.

– Ты неисправим. – Целительница покачала головой, все еще улыбаясь. – Неужели за эти годы не нашлось ни одной женщины, которая сумела пленить твое сердце?

– Почему же, была одна, – признался боевой маг и кивком головы предложил ей прогуляться.

Анита решила не противиться, тем более стоять на солнцепеке было не самым приятным делом. А впереди манили тенью высокие деревья, словно стражники охраняющие покой преподавательского сектора от остальной территории академии. Да и разговор с мужчиной был довольно занимательным, помогающим расслабиться после напряженного трудового дня.

– И куда же она пропала? – Целительница решила продолжить прерванный разговор, тем более ей было любопытно.

– Она предпочла мне другого, – неожиданно печально сказал Дияр.

Вздрогнув от возмущенного возгласа и обвиняющего взгляда, женщина даже рот приоткрыла от удивления, не зная, что сказать. Но затем, недовольно фыркнув, заявила:

– Тароль очень даже красивый, не надо наговаривать!

– По сравнению со мной он никто! – высокомерно заявил боевик, и только весело блестевшие глаза выдавали его с головой.