Взрослая колыбельная

Ну ты примерно представляешь, как она относится к любви и к близким отношениям? Насколько серьезно?

– Конечно, я знаю!

– А ты ей только что предложил заняться сексом только для того, чтобы медитация удалась. То есть она сейчас должна выйти на улицу, туда, где много молодых людей, выбрать кого-нибудь и…

Его ноздри раздулись.

– Я ничего такого ей не предлагал, – твердым голосом ответил Лад. – Я просто рассказывал ей про свой опыт и как решил эту проблему сам.

– Тогда нужно думать, стоит ли предлагать подобный опыт другим!

– Тебе тоже предлагать не стоит? – исподтишка посмотрел Гурьян.

– Я… разве речь обо мне? И вообще, кто приходит в гости и начинает на такие вещи намекать?! Может, вам в бордель лучше отправиться?

– Да я ничего такого не сказал! – оскорбился Лад.

– Ой, давайте не будем дальше на эту тему! – попросил Гурьян морщась. – Хоть вы не начинайте, а? Одной ненормальной хватит.

– Она не ненормальная! – одновременно воскликнули я и Лад.

– Да хватит уже! – вдогонку крикнула Леля.

Все ошарашенно замолчали, вокруг воцарилась тишина. Оказывается, мы действительно слишком сильно кричали, а теперь остальные обитатели кухни вытаращились на нас, как в цирке. Купол поставить никто, понятное дело, не успел.

На следующий день про разговор в общаге, где Лад посоветовал Белке успокаивать нервы сексом, знали все студенты до одного. Подали историю, конечно, вовсе не так, как было на самом деле. В пересказываемом варианте Лад выглядел весельчаком и ловким шутником, а Белка – заносчивым синим чулком, которому указали его место.

А я решила, что Гурьян не может быть моим суженым. Мы провели вечер вместе, под конец я даже осмелилась мимоходом прикоснуться к его руке, но сердце мое продолжало биться ровно, и никакого жуткого желания перейти к более близкому знакомству я не испытала.

Значит, у меня остался всего один вариант.

* * *

– А эта новенькая ничего так, – Бакуня сидел за длинным столом на кухне мужского общежития и стучал ногой о деревянную перекладину.

Гурьян, сидевший напротив, хмыкнул:

– У тебя не вышло бы.

– С чего нет?

– Она бы на тебя не клюнула.

– На меня нет? – изумился Бакуня.

Он проигрывал, конечно, остальным в силе и смазливости, но звание Первого сына всегда обеспечивало ему бесперебойное женское общество, так что в себе он не сомневался.

– Так она же иномирянка, – сказал Гурьян.