Полчаса до весны

Преподаватель замолчал и обернулся к выходу, где нарисовался высокий мужчина, негармонично круглый в поясе, отчего его светло-серый костюм казался натянутым на раздутый шарик, и молодой человек в брюках и свитере, который улыбался с таким азартным предвкушением, будто вот-вот увидит чужую драку.

– Господин Ламс, – официально произнес преподаватель.

– Господин Тувэ, – кивнул вошедший. Молодой человек непринужденно перевел взгляд на аудиторию, причем начал осмотр с минималистов. Когда его взгляд добрел до Кветки, она привычно отвела глаза.

– Новый студент. Я привел его лично, чтобы не возникло недоразумений, – пришедший человек в костюме вскинул голову и строго нахмурился. Осмотрел студентов, в отличие от спутника, сосредотачивая внимание только на квартах.

– Гонсалес Турба.

Кварты вдруг зашумели, причем тоже местами, будто половину это имя жутко возмутило, а второй половине оно было абсолютно до лампочки.

– Господин Ламс, на минутку, – преподаватель и пришедший важно переглянулись и удалились в коридор, плотно прикрыв за собой дверь.

Кварты шумели все громче и вдруг словно взорвались:

– Какого хрена сюда пустили одного из Турбов?

– Да! Мы не хотим сидеть рядом с ним!

– Пусть его суют к братцу в колонию! Пусть они там устраивают свое равенство!

– Красномордые и краснозадые павианы семейки Турбы покажут номер! Ап! Ап! – издевательски гудел чей-то зычный бас.

Кветка, как и остальные минималисты, смотрела во все глаза. Лицо светловолосого новичка багровело, подтверждая, что прозвучавшее оскорбление придумано не на пустом месте.

– А кто это у нас так много умных слов знает? – вдруг крикнул парень в сторону квартов. – Это белобрысый Шатай из семейки ассенизаторов, содержателей сортиров? Даже элитный сортир предназначен для говна. Это не от него такая вонь в аудитории?

– Ах ты, сука!

Здоровый белобрысый парень, одна из кочек, подскочил, вены на его шее зрелищно вздувались, а кулаки сложились в небольшие кувалды.

– Давай, давай, подходи.

Вокруг громко галдели, причем только кварты. Кветка обвела глазами минималистов и поняла, что они тоже удивлены происходящим. Что бы тут ни творилось, оно касалось только квартов.

– Щас я тебе зубы в глотку вобью, – белобрысый метнулся к кафедре. На Кветку пахнуло силой – он был сильный магом, одним из четырех сидящих в аудитории главарей, как, между прочим, и пришелец. Пришелец получался пятый по счету, но тоже не самым сильный.