Сон в эротическую ночь

А ещё озёрной красавице нравилась фигура земной соседки. И ноги… Больше всего русалка мечтала иметь такие же стройные ножки, чтобы можно было бегать на свидание к лешему по лесным тропинкам. Но доступно такое удовольствие было только раз в году, когда грань между этим миром и миром духов практически стиралась. В эту ночь люди жгли костры, зазывая волшебных существ плясать рядом с ними.

– Арика, ты что, уснула? – окликнула русалку Дарёна, тем самым вырывая ту из сладких мечтаний.

– Дарёна, а, Дарёна, подари мне ножки, чтоб споро бегали по дорожке, – неожиданно попросила зеленовласка и сама испугалась своих слов.

– Ноги? – удивилась ворожея и выронила из рук веник, которым хотела отходить барса за учинённую шкоду. – А это интересно… Надо бы в книжках порыться, посмотреть, что к чему.

– Дарёнка! – ахнула русалка и свалилась в воду.

– Да погоди ты! – отмахнулась та, посмотрев на водные круги. – Обещать ничего не могу, но попробовать стоит. Это же так интересно!

Тут же позабыв о возмездии барсу, ворожея убежала в дом, только подол длинной красной юбки взметнулся.

– Как думаешь, найдёт способ?

На этот раз пушистый красавец снизошёл до ответа – кивнул. А потом, потянувшись, прикрыл глаза и вроде как задремал.

– Если сумеет, я обещаю петь колыбельные столько ночей, сколько тебе понадобится, – в порыве безграничной благодарности пообещала Арика.

Барс вскинулся и тихо зарычал, недобро посмотрев на неё.

Русалка мигом отплыла подальше и быстро затараторила:

– Тише ты, тише! Не выдам я тайны твоей. Хотела бы, давно уже рассказала бы ей всё. Наоборот, рада, что ты будешь рядом с Дарёной. Не будет никого лучше на роль здешней Хозяйки, чем она. Поэтому и помочь хочу, но сам ведь понимаешь, мы, русалки, только баш на баш и делаем.

Успокоившись, барс кивнул и вновь улёгся на своё место. Уже совсем скоро можно было начинать претворять в жизнь свой план.

А в это время ничего не подозревающая Дарёна с головой зарылась в книги. Она знала, что Арика каждый год на праздник Великих Костров пропадает на всю ночь с лешим. Да и тот потом частенько к озеру приходит – будто бы проведать ворожею да справиться о делах её. Только почему-то чаще предпочитает сидеть на берегу.