Проклятая

Ты же знаешь, тараны легко впадают в ярость. Особенно когда видят добычу. А этот был изначально сильно раздражен. Видимо, жратвы не нашел.

– Нужно готовиться к обороне, – пришел к выводу Рейв. – Этой зимой будет жарко.

– Я уже отдал распоряжение отозвать всех, кто сейчас отдыхает. Но с мэром ты поговори сам. Пусть будет готов к тому, что людей придется эвакуировать порталами.

– Я сегодня же встречусь с ним. Заодно напишу в столицу, пусть собирают мобильные отряды. Не хочу допустить такой же трагедии, как в прошлом.

Глава 5

Джесса обхватила себя за плечи руками и, уставившись ничего не выражающим взглядом в одну точку, тихо раскачивалась. В голове было пусто, все мысли исчезли, осталось лишь тошнотворное чувство омерзения к себе. За дверью послышались тяжелые шаги, и она испуганно дернулась, словно опасаясь, что сейчас к ней в комнату кто-нибудь ворвется. Но никто так и не вошел, и девушка поняла, что это просто стражники. Уткнувшись лицом в ладони, она тихо всхлипнула, понимая, что это конец.

Прошла неделя с тех пор, как комендант был ранен. Все это время крепость гудела, словно растревоженный улей, готовясь к незапланированному нашествию ледяных монстров. А в том, что оно будет, никто не сомневался. Ну, кроме мэра Друзева. Достопочтенный мэр воспринял новость о возможном нападении полчищ монстров как неудачную шутку. Джесса лично слышала, как он, садясь в карету, жаловался своему заместителю на выскочку бастарда, желающего отобрать у шейна Витора власть над этой областью.

То, что нынешний мэр не совсем чист на руку, никого не удивляло. Где ж вы видели честных чиновников? Но вот в том, что он идиот, все обитатели крепости убедились лично. Некоторые стражи предложили по-быстрому сместить его, пока город не пострадал из-за глупого и слишком жадного руководителя. Но комендант отмел эту идею и посоветовал сосредоточиться на своих прямых обязанностях. Хотя Джесса и не сомневалась – шейн Рейв этого так не оставит.

Сама же она наслаждалась неожиданным затишьем своего проклятия.

Девушка до сих пор помнила липкие прикосновения множества мужских рук. Они раздевали, трогали, гладили. Но самым ужасным было то, что Джессе во сне все это нравилось.