Душа дракона

 – Можешь прямо сейчас всё мне объяснить.

Улыбнувшись её настойчивости, Индар категорично заявил:

– Сначала позавтракаешь, а потом, так уж и быть, мы поговорим.

Решив, что спорить не стоит, Ирина с радостью согласилась. Тем более желудок, при упоминании еды, требовательно сжался.

Посмотрев в след идущему к выходу мужчине, Ирина отметила хищную грацию его движений. Ей ещё никогда не доводилось видеть таких людей, при взгляде на которых моментально понимаешь: злить их не стоит ни в коем случае.

Оставшись одна, девушка задумалась о том, что же она знает о своём спасителе. И по всему выходило, кроме имени он о себе больше ничего не сообщил. Всегда, общаясь, Индар с живейшим интересом слушал её, но никогда не говорил о себе. Лишь повторял, что они обязательно встретятся.

Ирина и в страшном сне не смогла бы предположить, что её ночной знакомец окажется жителем другого мира. Почему-то девушке было проще считать себя сумасшедшей, чем смириться с реальностью происходящего.

Вновь укрывшись одеялом с головой, Ирина постаралась унять бешено стучащее сердце. Ей было до безумия страшно оказаться зависимой от Индара. Ни знакомых, ни средств к существованию, ни элементарных знаний о мире, в котором умудрилась оказаться… Все эти мысли пролетали в голове со скоростью света, лишь ещё больше нагнетая обстановку.

Когда Индар вернулся в спальню, принеся с собой поднос, уставленный тарелками, девушка уже успела себя «накрутить».

«Желательно об голову одного конкретного человека, – злорадно подумала она. – Никогда таким не занималась, но ведь всё бывает впервые!»

– Прекрати так недобро сопеть, я нервничаю, – обернувшись к ней, с самым серьёзным видом попросил Индар. И только искрящиеся смехом необычные вишнёвые глаза выдавали его с головой.

– Ты обещал мне всё объяснить, – напомнила Ирина, немного смущённая его шуткой.

– А ты обещала подождать, пока не поешь, – укорил её Индар, быстро подхватив на руки и пересадив к столу.

– Я бы и сама могла перейти, – сообщила она, закутавшись в покрывало. Прикосновения мужчины смущали и вызывали лёгкое чувство беспокойства.

– Во-первых, мне совсем не тяжело. А во-вторых, только в радость носить тебя на руках.