Женщина в клетке, или Так продолжаться не может

Уверяю тебя, у нас очень спокойно. И дай бог, чтобы все жили в таком мире и согласии, как живут люди нашего города. Просто на тысячелетие города приедет слишком много гостей, и они не должны видеть ни дома под снос, ни грязь, ни ветхие здания. Поэтому заранее хочу сказать тебе, чтобы ты не пугался. Тут кругом разруха и раскопки, но все это только для пользы дела. К празднику наш город будет лучше, чем на картинке.

– А почему все это нельзя было сделать раньше? Почему что-то начинают делать только к тысячелетию?

– Потому, что ты приехал в самую удивительную страну мира, в которой свои порядки и свои законы.

– В Париже такого нет.

– Ты не в Париже, а в России. Поэтому для того, чтобы чувствовать себя в ней комфортно, учись, пожалуйста, ничему не удивляться. У нас сносят не только дома, но и целые кварталы. Наша страна полна сюрпризов.

– Это я понял, – кивнул Жан и после того, как мы проехали злосчастную улицу с несколькими домами под снос, немного расслабился.

Я вновь вспомнила то время, которое провела вместе с Жаном в Париже. Он снял восхитительный номер в отеле, а главная изюминка этого номера состояла в том, что в нем был настоящий камин. Вечерами мы как завороженные смотрели на пламя и наслаждались теплотой, которая исходила от камина. Это были самые романтические вечера в моей жизни, в которых присутствовало яркое пламя и ароматный лесной запах от трескавшихся в камине дров.

Остановившись у гостиницы «Мираж», я одарила Жана широкой улыбкой и смущенно пожала плечами.

– Тут, конечно, камина в номере нет, но все довольно прилично. Надеюсь, тебе все понравится.

– Мне все понравится, если ты будешь рядом. – Жан взял меня за руку и трогательно заглянул в глаза.

– Ты это серьезно?

– Серьезнее не бывает.

– Тогда почему тебе не понравилась наша улица Чернышевского? – Я задала вопрос и, не ожидая сама от себя, принялась давиться от смеха. – Я же была рядом, когда мы ее проезжали.

– Я обожаю твою улицу Чернышевского. Она потрясла меня своей красотой, размахом и оригинальностью зданий. – Жан не мог скрыть своей улыбки. – Это самая красивая улица, которую я когда-либо видел. Поверь, в Париже нет улиц, которые бы смогли сравниться с улицей Чернышевского в Казани.

– Издеваешься?! Ну что ж, издевайся, – мы вышли из машины и направились в гостиницу. – Вот приедешь в Казань еще раз, и издеваться тебе уже будет не над чем.