Багровый папоротник

Но не сейчас же, когда вокруг творится такое!

– А когда? – Кайс переходит на еле слышный шепот. – Я думал, мы оба понимаем, что здесь каждое утро может стать последним.

Шарахаюсь от него, будто ударило током. Сердце пронизывает острая боль, которая медленно расползается по жилам, словно яд. Качаю головой, прогоняя темное наваждение, и глубоко вдыхаю свежий воздух, развеивая панику в душе.

– Не говори так, – слабо выдавливаю. – Даже думать об этом не хочу.

Кайс молча берет меня под руку, и мы ускоряем шаг, чтобы нагнать остальных.

Скулы выделяются на напряженном и обеспокоенном лице, и я невольно испытываю острое желание провести по ним рукой, но вовремя себя одергиваю, понимая, что сейчас неподходящий момент для нежности.

– Я очень испугался за тебя, – тихо говорит. – Поэтому так тороплюсь разобраться. Потому что… – проглатывает застрявший ком в горле, – понял, что могу потерять тебя в любой момент.

– Не потеряешь. – Я сжимаю его ладонь в своей. – Обещаю тебе.

– Тогда позволь поговорить с Джейсом.

Ничего не отвечаю, но Кайс понимает без слов. Помолчав немного, добавляет:

– Сделаю это, как только представится случай. Больше не буду тянуть.

Понимаю, что спорить бесполезно, он уже решил, поэтому принимаю это как что-то неизбежное, хотя внутри все сжимается от неизвестности. Переживаю за реакцию брата и осознаю, что у него и без нас забот хватает, но Кайс прав: либо сейчас, либо никогда.

Тяжелое свинцовое небо опускается на землю, вдали соприкасаясь с горизонтом.

Стебли шелестят в такт шагам, и не видно конца и края золотому морю. Все ощущения концентрируются на сводящем зубы холоде, одежда и волосы мокрые насквозь, и я пытаюсь любыми способами отвлечься и расслабиться. Пристально всматриваюсь в небосвод, глубоко погружаясь в сознание.

Проходит не меньше часа в изнуряющей и выматывающей нервы тишине прежде, чем кукурузное поле заканчивается, открывая еще один неприятный сюрприз.

– Ну, нет, – стонет Марго. – Разве об этом кто-нибудь упоминал?

Перед нами в обе стороны растягивается кирпичная двухметровая стена с колючей проволокой сверху.

– Ничего страшного не случится, если ты слегка поцарапаешься, – хмыкает Цилла. – Я покажу, как это делается!

Снимает верхнюю одежду и, подпрыгнув, набрасывает на колючую проволоку. Фобос хватает ее за руку.

– Что ты делаешь! – восклицает. – Ты же не знаешь, что за забором!

– Ты что, переживаешь за меня? – Цилла лукаво подмигивает и высвобождается из хватки.