Багровый папоротник

Крис по-хозяйски оглядывает накрытый стол, жадно потирая руки. Ему не терпится набить живот до отвала. Я же просто стою посреди кухни и глупо натираю тарелку полотенцем, лишь бы как-то занять руки. Входят Кайс и Марго. Ревностно отмечаю, что рука лежит у нее на плече.

– Всем привет, – сладко улыбается девушка. – Вот к вашему столу наш замечательный тыквенный пирог.

– Давай сюда, – говорит Блю, протягивая руки.

Забиваюсь в угол, чтобы не мешать. На кухне становится очень тесно.

– Ну что, садимся? – Джейс жестом приглашает друзей.

– Давно пора. – Крис хлопает его по плечу и занимает место во главе. – Ну-ка, Рокси, положи мне всего понемножку.

– Куда в тебя столько влезает? – ворчу, но выполняю просьбу.

Пока вожусь с салатом для Криса, чувствую, как сзади кто-то подходит. Резко выпрямляюсь.

– Мне тоже, пожалуйста, положи его.

Кайс протягивает тарелку с совершенно невозмутимым лицом. В глазах не вижу ничего, кроме абсолютного равнодушия.

– Попроси свою подружку, – слишком резко отвечаю.

– Хорошо. Без проблем.

Кайс отходит, а я остаюсь с салатницей в руках и упавшим настроением. Горько и обидно, что даже язвительность никак не цепляет за живое. Наконец, все расселись. Джейс привлекает внимание постукиванием вилки по бокалу с шампанским.

– Ребят, этот тост хочу посвятить всем нам. Считаю, что в жизни нет ничего важнее семьи, а вы и есть наша семья. Спасибо, что рядом. За нас.

– За нас! – хором отвечаем и дружно чокаемся.

Кухня наполняется радостными разговорами и легким позвякиванием столовых приборов.

– Роро, поставь хорошую музыку, – говорит Кайс с ухмылкой. Знает, как меня раздражает прозвище.

– Так называть меня может только Джейс. Потому что он придумал, – цежу сквозь зубы, по-детски оправдываясь.

– Брось, Рокси, расслабься, – встает на защиту лучшего друга брат. – Это не повод, чтобы ругаться за праздничным столом.

– Вот именно, – парирую. – Праздничный стол подразумевает под собой живое общение, а если кому-то нужна музыка, то это означает, что человеку просто нечего сказать.

Повисает напряженное молчание. Пытаюсь не смотреть ни на кого, вперив взгляд в тарелку. Крис первым спохватывается и пытается разрядить обстановку:

– Блю, твоя индейка – просто нечто! Я не могу остановиться.

– Ты просто еще не пробовал мой пирог, Крис, – растягивается в приторной улыбке Марго.