Я стерва, но зато какая, или Сильная женщина в мире слабых мужчин

– Ты ещё здесь? – удивился Лёня, встав из-за игорного стола.

– Не могу же я одного тебя здесь оставить.

– Я проиграл, – убитым голосом признался он.

– Много?

– Прилично.

– Потому что не можешь вовремя остановиться.

– Ладно, не сгущай краски. Должны же у меня быть хоть какие-то недостатки.

– Я считаю, что в игре нет ничего предосудительного, если она не переросла в манию. У тебя все симптомы игромании. Ты теряешь контроль и не способен прогнозировать последствия. Ты ведь даже если и хочешь прекратить играть, то не можешь.

– Всегда.

– Не хочешь попробовать лечиться?

– Каким образом?

– Ну, например, записаться в группу анонимных игроков.

– Ещё чего не хватало. Я не болен. Я просто люблю играть.

– А это и есть самое настоящее психическое расстройство. Я видела людей, которые сидят в казино, на них страшно смотреть… Некоторые стали банкротами. У них выключены мобильные телефоны, рушатся семьи. Понимаешь, эта зависимость, как алкоголизм.

– Анфиса, ты чего, не понимаешь, что я играю не первый год?! Я привык так жить, и уже невозможно что-то менять. Не могу без игры. Это самое огромное удовольствие, которое я получаю в жизни. Я имею полное право тратить деньги.

– Имеешь. Но нужно искать другие источники адреналина. Буду лечить тебя сексом и любовью.

Но Лёня не отреагировал на мои слова. Он был жутко подавлен и, видимо, мысленно ещё оставался в игровом зале. Когда мы добрались до спальни, он выпил добротную порцию коньяка.

– Ни хрена, завтра всё равно отыграюсь, – заявил он и лёг спать.

Глава 5

Я проснулась гораздо раньше мужа и, накинув халат, пошла в бассейн. Поплавав около сорока минут, вылезла, надела халат и стала вытирать голову. Увидев, что ко мне подошла домработница, я вежливо улыбнулась ей и пожелала хорошего дня.

– Анфиса, вас Михаил Андреевич хочет видеть.

Я удивилась и на всякий случай переспросила:

– Он, наверное, хочет видеть нас с Лёней? Муж ещё спит.

– Не стоит. Вас хотят видеть одну. Пойдёмте, я проведу вас к нему в комнату.

Я пошла следом за домработницей. В комнате деда я поздоровалась и села на стоящий рядом с кроватью стул.

– Хотите, открою шторы? – спросила я, чувствуя дискомфорт от тяжёлого спёртого воздуха и нехватки света.

– У меня от света глаза слезятся, – глухо произнёс дед и, натянув на нос очки, принялся меня рассматривать.