Провинциалка, или Я – женщина-скандал

Я встретила его в обществе симпатичного мужчины, который через несколько часов после торжества оказался не менее симпатичным покойником.

Глава 6

Мои опасения оказались далеко не беспочвенными. На следующий день я уже сидела в кабинете у следователя и тупо смотрела на стол, сверху донизу заваленный различными бумагами и непонятными бланками. Оттого, что следователь молчал, что-то писал и не обращал на меня никакого внимания, я чувствовала себя просто ужасно и перебирала в голове самые наихудшие мысли на предмет того, что со мной может случиться в дальнейшем.

– Ну что, гражданочка, хорошенько подумала?

– О чем? – тут же спросила я.

– Будешь давать правдивые показания или нет?

– А я с вами на «ты» не переходила.

Следователь немного смутился, но, пропустив мое замечание мимо ушей, продолжил в том же духе:

– Давай говорить по существу, а то у меня скоро обеденный перерыв.

– Так иди и обедай, – язвительно произнесла я, перейдя тоже на «ты», и посмотрела на следователя.

– Послушай, в твоей ситуации ты вообще должна сидеть ниже травы и тише воды! – взорвался тот и ударил кулаком по столу.

– А какая у меня ситуация? – Я старалась держаться спокойно и не показывать сидевшему напротив меня мужчине охватившее меня чувство паники.

– Ты обвиняешься в убийстве Ветрова Виталия Денисовича.

– Кого?

– Я сказал достаточно понятно. В криминальных кругах этот человек больше известен под кличкой Ветер.

Ощутив, как по моему телу пробежала нервная дрожь, я напряглась, как струна, и, подавляя собственный страх, спросила:

– А с чего вы взяли, что это я?

– С того, что только что было опознание и тебя опознала подруга Ветра, Анжела Попова.

– Да вы что тут, с ума все посходили, что ли? – вопреки моему желанию на моих глазах появились слезы. – Как бы я оружие-то провезла? Это же невозможно!

– Ты выстрелила из оружия, которое принадлежало господину Ветрову.

– Я? Выстрелила?

– Ну, понятное дело, что не я, – недобро усмехнулся следователь.

Смахнув слезы, я нервно поправила волосы и рассказала следователю о том, как же все произошло на самом деле. Чем больше я говорила, тем больше и больше убеждалась в том, что он мне не верит, и теряла всякое желание рассказывать что-то дальше и доказывать правоту своих слов.