Нечего терять, или Мужчину делает женщина

Я привезу туда родителей, посмотрю им в глаза и скажу: „Вот видите, я победила… Я это сделала. Надо просто захотеть. Надо просто захотеть жить… Надо просто поверить в себя. Я поверила, потому что у меня есть вы, сын Санька и маленькая собачка Зося. Я знала, как я вам нужна, как необходима. Мы должны быть вместе, ведь мы – настоящая семья, и никто нам больше не нужен… Ну нет у меня мужа – и не надо. Главное – здоровье. Видимо, не всем выпадает шанс иметь рядом преданного человека.

Обливаясь потом, я добрела до телефона и позвонила маме. Поговорив совсем недолго, я повесила трубку и, опершись о стену, медленно съехала на пол. Перед глазами плыло, я поняла, что больше не смогу ступить ни шагу. «Я сильная», – стала твердить я себе и попыталась встать. Когда мне это удалось, я рухнула на пол и потеряла сознание. Очнулась я в палате, к правой руке была подключена капельница, рядом сидела Мила.

– Что произошло? – спросила я.

– Ничего, не считая того, что ты упала в обморок. Ходишь по больнице, как будто здоровая. Могла бы сказать, что хочешь спуститься к телефону, я бы помогла, вдвоем мы бы спокойненько доплелись. И что тебя понесло?

– Я звонила маме насчет ковриков и шторок…

Мила удивилась и, запинаясь, произнесла:

– Послушай, а ты в своем… уме?

– Ты же сама говорила, что здесь все сумасшедшие.

На следующий день наша палата перестала напоминать гробницу. Ярко-розовые шторы, розовый тюль, ворсистый ковер и куча незамысловатых плакатов сделали свое дело. Я надела халат с желтыми подсолнухами и старалась победно улыбаться. На меня заглядывались и больные, и лечащие врачи. Наверное, от меня исходила какая-то невиданная здесь свежесть, я воплощала пусть мнимое, но все же благополучие.

Наступил тихий час. Больные разошлись по палатам. Неожиданно тишину нарушил отчаянный крик. Мы с Милой переглянулись и выбежали из палаты. Посреди коридора сидел бледно-зеленый Константин и кричал:

– Помогите, я умираю! Вы слышите, я умираю! Сделайте что-нибудь! Я хочу жить! Господи, хочу жить! Цените жизнь, люди! Слышите, цените! Она одна.