Королева отморозков, или Я женщина, и этим я сильна!

Весовые категории у нас были, естественно, разные, и я сама не поняла, как очутилась под Бульдогом.

Такое хамство и наглость взбесили меня настолько, что я со всей силы ударила его по голове. Он даже не сморщился и продолжал расстегивать пуговицы на моем халате. От нежных поцелуев и ласк тело размякло, я почувствовала дикий зов плоти.

– Я хочу тебя, хочу, ну почему же ты медлишь? – прошептала я.

Бульдог целовал меня так страстно и нежно, что я больше не могла терпеть.

– Ну, Бульдог, пожалуйста. Я хочу тебя.

– Меня зовут Макс. – Он слегка укусил меня за мочку уха, и я застонала.

– Макс, не мучай меня…

Бульдог стал целовать меня еще яростнее.

– Да трахни же ты меня, наконец, – разозлилась я и попыталась стянуть с Бульдога штаны. Когда я почувствовала, что в любой момент могу потерять сознание, а мое желание переросло все границы и пределы, Бульдог встал с кровати, поправил свои брюки и принялся надевать рубашку, не обращая на меня никакого внимания.

– Ты что? – удивилась я.

– Ничего.

– Что ты сказал?!

– Я не хочу тебя. Ты не возбуждаешь меня как женщина. По-моему, ты сама мне не раз говорила, что ты не женщина.

– А кто?

– Конь в пальто, – огрызнулся Бульдог, открывая дверь.

– Ты уволен.

– Хорошо. – Бульдог подошел к шкафу, достал сумку и покидал в нее несколько костюмов вместе с вешалками. Затем он встал у двери и печально посмотрел на меня.

Я застегнула халат и подошла к нему.

– Ты ждешь расчета?

– Нет. Мне не нужны твои грязные деньги.

– Боже мой, можно подумать, что деньги бывают чистыми.

– Прощай. – На глазах у Бульдога были слезы.

– Прощай.

Бульдог вышел из дома и направился к беседке. Там были Гарик и еще несколько пацанов. Бульдог пожал им руки и со всеми попрощался.

Я стояла на ступеньках, молча наблюдая за тем, как он открыл дверь своей машины, бросил сумку на заднее сиденье и сел за руль. Когда машина отъехала, я подошла к Гарику и поздоровалась с ним.

– Чупа, ты что, Бульдога уволила?

– Нет.

– Странно. Он с нами со всеми попрощался.

– Наверное, он просто немного попугал. Такое бывает, когда ночью плохо спишь. Ну что, коммерс в подвале?

– В подвале, – гордо ответил Гарик.

– Пошли.

Мы спустились в подвал, который братва шутя называла «камерой пыток». Прямо на холодном полу сидел интересный мужчина в дорогом костюме и шикарном галстуке. Его руки были прикованы к батарее, на лбу выступил пот.