Ищу наивного и щедрого, или Настоящие женщины не спят в одиночестве

Моя новая подруга Татьяна, с которой мне довелось познакомиться в один из самых критических периодов моей жизни, решила устроить мою личную жизнь и зарегистрировала меня на сайте знакомств. Признаться, в глубине души я смеялась над её затеей и искренне верила, что на моё необычное объявление никто не откликнется. Оно выглядело циничным, резким и вызывающим. Но, к моему великому удивлению, мне пришло тридцать восемь писем. В одних письмах были просто усмешки и нелестные пожелания в мой адрес, другие даже меня не заинтересовали, а в третьи были вложены такие фотографии, что мне стало по-настоящему страшно.

Зазвонил мой мобильный, и на том конце провода послышался оживлённый голос моей новоявленной подруги.

– Дина, ну как, богатый улов? – как ни в чём не было поинтересовалась она.

– Ты о чём?

– О твоих женихах.

– Ах, о женихах…

– Хоть один нормальный всплыл?

– Нормальный – нет. Всплыли почти все ненормальные.

– Да что ж такое! Что за жизнь пошла? Куда подевались нормальные, приличные мужики?

– Таня, я особо ни на что и не рассчитывала.

– Жаль, – голос девушки моментально стал грустным, а от её былого оптимизма не осталось и следа. – Я-то думала, хоть один музейный экспонат отыщется.

– Правда… есть одно письмо, в котором на жалость давят, – нерешительно произнесла я и тут же замолчала.

– А ну, давай, колись! – ухватилась за мои слова Танька.

– Один заключённый так надавил на жалость, что чуть не вышиб у меня слезу. Наверное, до того, как угодить за решётку, он работал психологом. Хотя за решёткой они все становятся высококвалифицированными психологами по части женщин.

– Тем не менее, письмо тебя не оставило равнодушной.

– Уж больно красиво пишет, гад ползучий. Язык хорошо подвешен. Удивляться особо нечему, у них времени свободного полно.

– Хочешь сказать, тебе пришло письмо только от одного заключённого?

– Да больше половины писем от них.

– Значит, именно это письмо задело тебя больше всего… Послушай, а ты не хочешь на него ответить?

– Я думаю.

– Подумай, но, мне кажется, стоит рискнуть. Сколько ему ещё сидеть?

– Ровно два года.

– Это же совсем мало. Считай, ты его в армию проводила.

– Таня, ты что несёшь? Какая армия? Я уже не в том возрасте, чтобы провожать кого-то в армию.