Легенда о половинках. Часть 2

«Вот почему он так потрясающе выглядит!»– отметила София и специально наклонилась вперед, поправляя шнурки кроссовок, чтобы сбросить с плеча руку мужчины.

Ахматов убрал руку, оглянулся и потрепал собаку за ухом. Афина сидела на месте, не поднимаясь на ноги, но нетерпеливо мяла сиденье передними лапами.

Несмотря на благоприятную погоду, берег был почти пуст. Ахматов кивал в сторону залива и спрашивал, где им лучше остановиться.

– Давайте поближе к людям,– предложила София, не желая оставаться с мужчиной наедине.

– Тогда чуть дальше, там есть бар.

Ахматов увеличил скорость и перешел на другую полосу движения, чтобы в нужный момент свернуть на пляжную парковку. София не сдержала желания взглянуть на мужчину и медленно перевела на него глаза. Салон машины был открыт, и ветер играл с волосами Алекса, бросая вьющиеся пряди в разные стороны. «Неужели этот мужчина вызвал во мне такие чувства только потому, что так красив?!.. Н-да, было бы глупо так думать… Он ведь меня ничем не обидел… пока…»

Алекс заметил, что девушка рассматривает его, и с внутренним наслаждением улыбнулся.

– А на кого из своих родителей вы похожи?

– Ты удивишься, но ни на одного из них,– продолжая улыбаться, ответил Алекс.

– Почему же? Я, например, тоже.

Ахматов сразу обратил внимательный взгляд на лицо Мэдисон, чем смутил девушку.

– Не смотрите на меня так,– усмехнулась она.

– Как?

– Так, как вы смотрите!– внутренне рассердилась София, но сохранила ровный тон.

– Красивая женщина не может запретить любоваться собой,– прямо ответил Алекс.

– Вы тоже красивый мужчина, но я не позволяю себе такой откровенности,– начала она и на середине фразы поняла, что проговорилась.

– Я разрешаю тебе,– снова улыбнулся он своей пленяющей улыбкой.

Девушка возмущенно покосилась на Алекса, но он не отреагировал на ее взгляд.

– А на кого же похожа ты?

– На прабабку,– все еще стыдясь своей оговорки, которая раскрыла неравнодушие к мужчине, тихо проговорила София.

София с досадой призналась себе, что поторопилась с выводами о том, что уже способна трезво оценивать себя рядом с Ахматовым. Глубоко в душе она радовалась его присутствию и уже не представляла, как это – быть незнакомой с ним.