Халт

Пролаял им приказ, и те метнулись обыскивать Халта. Холодные зеленые руки нащупали амулет перехода, спрятанный под рубашкой. Халт дернулся, но его крепко держали, так что цепочку с амулетом сняли через голову и узник никак не мог этому помешать. Тем временем другой стражник вывернул его карманы, забрав деньги. На монеты ни человек, ни главный гоблин не обратили внимания, а амулет их явно заинтересовал.

– Халт, сын Эреба, владеешь ли ты магией?

– Немного, – замялся тот. Он не знал, что сейчас лучше: сказать правду или соврать.

Почему вдруг им заинтересовался черный? И кто он? И как он теперь без амулета вернется на Терру?

Тот снова что-то зашептал гоблину, но на сей раз гоблин не согласился. Пока шла перепалка, Халт пытался придумать способ вернуть амулет, но ни одной стоящей идеи в голову не пришло. Наконец, те ударили по рукам, и обвинитель протявкал:

– Наказание в пятнадцать суток заменяется общественными работами на Арене в течение двух месяцев.

Черный подозвал стражника и что-то сказал ему, указывая на заключенного.

На груди, там, где у стражи была гербовая нашивка, у этого красовался знак из восьми стрел, направленных в разные стороны. Стражник, больно схватив Халта за плечо, потащил его к выходу. Они прошли по залитому солнцем двору, вышли через главные ворота и направились к длинной черной карете, запряженной двумя вороными. Дверь кареты украшал все тот же знак: черные с серебристым отливом стрелы, расходящиеся во все стороны. На козлах сидел возница-гоблин в желтом хитоне.

– Хья кья бьябхья! – крикнул ему страж.

– Рью рья хьяр, – ответил тот и слез. Порылся в мешочке, привязанном к поясу, вытащил ключ, отпер дверь кареты. Стражник отправил Халта внутрь пинком под зад. Под оглушительный хохот дверь за ним захлопнулась.

В карете оказалось с десяток гномов.

– Тьфу, человек! – злобно отозвался один. – Прибил бы, да неохота с трупом ехать.

– Погоди, – произнес другой. – Я его помню, его Таран привел в «Новый Квершлаг», сказал, он его друг.

– Правда, что ли?

– Да вроде…

– Эй, человек, ты правда друг Тарана?

– Да.

– А как его зовут? – ехидно поинтересовался гном.

– Торион Гримсон. А сестру – Томила, – ответил Халт и назвал их адрес.

– Кажись, и правда он. Ну, тогда приветствую тебя, несчастный.

– Почему несчастный? – напрягся Халт.

– Потому что ты тоже попадешь на Арену.

– Что такое Арена?

– Ты правда не знаешь? И ни разу не видел? – удивился гном.