Бессмертные воры

Его движения были четкими, но не грубыми. Я все-таки подняла глаза и понаблюдала за выражением его лица. Сосредоточенный взгляд неотрывно следил за пальцами, которые аккуратно помогали друг другу закреплять бинт так, чтобы он выполнил свою задачу и не навредил. Еще в детстве, когда мы с Тимом получали травмы, приемная мама учила, что важно зафиксировать, но не перетянуть, иначе будет застой крови.

– Может, расскажешь? – ставя закрепки, спросил он.

– Что именно?

– Не прикидывайся, что…

– Что ничего не было? – я с вызовом посмотрела ему в глаза.

– Если тебе будет от этого лучше, то и я поддержу такой вариант, – Лютер ответил на взгляд, ожидая реакции.

– Вот видишь, – хмыкнула в ответ, – стоит просто по-человечески начать общаться, и любую проблему можно решить.

– И в чем же была проблема, что твоя рука пострадала?

Он беспокоился о моей травме, словно сам ее нанес. Может, чувствует вину за собой? Как бы то ни было, сохранять равнодушие, пусть даже и показное, рядом с ним все сложнее.

– Выпускала пар.

Когда я поняла, что в его словах нет ни жалости, ни снисходительности, стало даже дышать легче рядом с ним. Я и не заметила, что мои руки уже давно в его руках. Большие пальцы нежно поглаживали мои ладони, посылая тепло по всему телу.

Это очень приятно. Вроде бы, простое движение, а так расслабляет и… хочется большего.

Пришлось себя одернуть.

В который раз.

– Не слишком безопасный способ сделать это, – чуть с хрипотцой произнес он. Черные глаза с теплотой смотрели на меня, что я готова была, наверное, сдаться и провалиться в них.

А я не люблю, когда такие чувства овладевают мной. Ведь, если поддамся им, все остальное отойдет на задний план. Пока у меня есть задача, времени на нежности и отношения нет.

– Давай я сама буду справляться со стрессом, – примирительно сказала я, освобождая руки из его, – как уже привыкла это делать.

Я уже практически вышла из медблока, как Лютер позвал меня:

– Алиса, – пришлось остановиться, но оборачиваться не стала, – если я принесу извинения, ты их примешь?

Я закрыла глаза, глубоко вдохнув, затем резко выдохнула.

– Давай кое-что проясним, – резко развернулась и чуть не столкнулась с ним носом. Он умел бесшумно подкрадываться, – я не хочу и не буду вспоминать то, что было раньше. Ссоры, препирания и прочие малоприятные вещи.

– Понял, – кивнув, тихо произнес он.

– Отлично, – прямо ответила на взгляд черных глаз, – я принимаю твои извинения.