Проклятие академии Старквуд

Надо собрать гордость в кулак, обратиться к природной сучности и выдать что-нибудь эдакое, дабы Элазар на всю оставшуюся жизнь запомнил, чем чревато обижать молодую, полную нерастраченных сил ведьмочку.

– Да, согласна с тобой. Он должен поплатиться за мои слезы. Вот только бабуля говорит, что месть – это такое блюдо, которое подают холодным.

– Боюсь, пока оно остынет, ты сама перегоришь, – мудро подметил Бу, превращаясь в ворона и приземляясь на лавку рядом с Дженн. – К тому же прям сейчас наказывать его необязательно.

Дженн уже полностью успокоилась, даже начала потихоньку генерировать варианты. Например, можно написать на него жалобу в Совет за подобное предложение. Мало ли какие у студентки могут быть чувства к обаятельному мужчине? Да тут половина Старквуда в этом виновна. А вот смущать невинную девушку, предлагая столь компрометирующую сделку, права ему точно никто не давал.

А еще неплохо бы рассказать обо всем отцу. Вот где настоящий попадос! Герз вылетит с должности ректора быстрее, чем сможет произнести слово «невеста».

На секундочку у Дженни в груди поднялась воодушевляющая волна тепла, намекающая, что мыслит она в верном направлении. Но огонь этот быстро стих, возвращая назад в реальность. Что бы сейчас ни сочиняла, вряд ли способна играть настолько «крупно». Ведь в итоге все может повернуться совершенно не в ее пользу, а зачем так рисковать? Тем более вмешивая сюда родителей.

– Я могу согласиться, – неожиданно для себя проговорила она. Тихо, едва слышно, будто разговаривала с собственными сцепленными на коленках пальцами.

– Чего? – прокаркал Бу, перелетев ей на плечо.

– Согласиться могу. На сделку. И влюбить его в себя. В роли невесты, хоть и фальшивой, это будет не так сложно, верно?

Ворон помолчал немного, задумчиво щелкая клювом.

– Что-то я не понял… А как же наша мстя? Ты решила закрыть глаза на унижение и продолжить добиваться его?

Дженни прикусила губу и дернула плечом. Фамильяр был слишком тяжелый, дабы терпеть его на себе дольше минуты.

– Око за око, Бу. Он растоптал мои чувства. А я в ответ разобью его сердце.

Последние слова утонули в звоне колокола, оповестившего об окончании первой пары, но ворон меня услышал.