Хроники Междумирья. Явление Темной

Я ссылалась на то, что только что позавтракала. Рэм даже объяснять ничего не стал. Следующие пятнадцать минут мужчины потратили на обсуждение расписания. Занятия по направлениям в моём расписании чередовались. Трижды в неделю – трансгрессия, дважды – скрытность. По четыре (ого!) часа в день. Помимо которых, оказывается, у меня будут ещё лекции и практические занятия по другим дисциплинам. Плюс у меня оставалось ещё два выходных. Однако, в эти дни я могла запросить дополнительные занятия по любой дисциплине. По возможности, преподаватель мог предоставить мне эти дополнительные часы.

– Ты не будешь присутствовать на наших занятиях, Рэммонд, это ни к чему.

– Я куратор Майи, я должен знать о её успехах и недочётах.

– Я буду предоставлять тебе письменный отчёт. – глаза Морела загорелись жёлтым.

– Нет, Морел, ты прекрасно знаешь, что для нас ново такое явление, как два сильно развитых Дара у одного адепта.

Повисло напряжение. Морел вскочил и сверкал глазами. Рэммонд же излучал холодное спокойствие.

– Хорошо… – взяв себя в руки, Морел сел в кресло. – Пожалуй, на этом всё. Мы всё обсудили. Старейшина Рэммонд, если вы не против, я бы переговорил с адепткой пару минут наедине. – с этими словами он пристально уставился на меня. Как в душу залез, при чём вместе с ногами, и палатку с собой прихватил.

– К сожалению, мы торопимся, Майю ждут в деканате.

– Две минуты не утянут, Рэммонд.

Я подняла глаза к лицу Рэма, он смотрел на Морела с холодной отстранённостью.

– Две минуты. – С этими словами он быстро вышел.

В моей голове возникла аккуратная щекотка. Не сказать, что я была к ней готова, но не спешила паниковать и пытаться закрыться от этого. И хорошо, потому что услышала голос куратора:

«Не бойся, я рядом. Расслабься, но будь на чеку, не подпускай его близко.

Ощущение щекотки прошло, а я уставилась на Морела. А он улыбался… мерзенько так, рядом мелких треугольных зубов. Встал, подошёл и подал мне руку. Отказать было не вежливо, я протянула свою в ответ. Морел взялся за неё с неприкрытой нежностью, чем удивил меня, и поцеловал тыльную сторону ладони. При чём настолько невинно и аккуратно, что другая на моём месте, возможно, расплавилась от удовольствия. Я мило улыбнулась ему.