Любовь и предубеждения. Эпизод 2

В нее мог попасть кто угодно. Но чаще всего в ней оказывались сироты, о которых общество заботилось таким образом, а они потом отдавали дань должного службой в армии. Большинство в этой касте были профессиональными убийцами, выращенными с пеленок. А вот высший командный состав, как правило, формировался из аристократов. Но мало кто из них выбирал эту карьеру.

Белла снова напряглась. «Военный» – услышала она. Она недолюбливала военных, считая их ограниченными и необразованными. По ее мнению, из высшего общества только откровенные тупицы выбирали военную карьеру, все же, кто умел шевелить мозгами находил себе применение на гражданской службе или занимались бизнесом.

Это могло означать только одно – Антон не способен был получить достойное образование. Напряжение Беллы нарастало, восхищение и эйфория от происходящего улетучивались.

– Он сейчас отдыхает, приходит в себя после ранения, – продолжала рассказывать его мать.

– Ранения? – не удержалась и переспросила Белла.

Все гости обернулись на нее, ей не стоило перебивать взрослых.

– Простите, – тут же сказала она.

– Да, он был ранен в бою, – все же ответила мать. – Это и моя боль. Теперь на его лице на всю жизнь останется шрам. Не знаю, как мне пережить все это, – говоря, она закатила глаза. – Это такая боль. Я думаю, Вы должны знать об этом.

В ее голосе прозвучали непонятные нотки, она то ли просто предупреждала, то ли надеялась, что ее семья передумает. «Возможно она думает, что я не достойна ее сына?» – подумала Белла.

Беллу снова скрутило. Его лицо обезображено, он участвует в боевых действиях. А его мать явно будет осуществлять гиперопеку над сыном. Все больше и больше она разочаровывалась в выборе своих родителей.

– Поэтому нам хотелось бы сыграть свадьбу как можно скорее, пока не закончилась его реабилитация. Он должен будет вернуться на службу, у него контракт.

Белла похолодела. Ее выдают замуж за обезображенного солдафона, который после свадьбы отбудет в армию, и она останется одна, вероятно, в одном из четырех домов семьи, с матерью, которая высказывалась достаточно высокомерно и, видимо, не обладала покладистым характером.

Более того, у Беллы появилось ощущение, что они согласились на этот не совсем равный брак, ведь объективно их семья была богаче, потому что их сын теперь был изуродован, с изъяном, так сказать. Ей стало плохо. Она тяжело задышала.

– Белла, что с тобой? Тебе плохо? Ты вся побледнела, – заметила Мэл.