Потому что нельзя… Начало

– Я приду очень рано, ты встанешь?

– Вряд ли я вообще усну от этой тоски зеленой, – с печалью ответила я.

– Займись чем-нибудь: огород, уборка там, готовка… Вот мне точно скучать не придется до завтрашнего утра

– Здесь все чужое. Какая готовка? Это не мой дом!

– Ладно, все, – Арина обняла меня на прощание, чмокнула в щеку и поспешила домой.

Внизу на кухне у плиты хлопотала Кристина. Папа сидел за столом, слушал Михаила Круга и читал газету.

– Помощь нужна? – спросила я робко и в то же время грубо.

Кристина обернулась и даже растерялась от моего вопроса:

– Я думаю, что всем нам сегодня неплохо было бы отдохнуть как следует, а с завтрашнего дня начнем. Так что спокойно занимайся своими чемоданами или читай. К обеду я тебя позову. Или хочешь, давай чаю попьем?

– Нет, – опустила я голову и ушла на улицу.

Максим пораженно покачал головой и вновь принялся за чтение:

– Первый раз слышу, чтоб Женя предлагала помощь.

– Успокойся, ей тяжело привыкнуть к нам, тем более мы третьи по счету, с кем она живет.

Бедняжка. Думаешь, это нормально?

Я села на лавочку и подняла голову вверх. Видимо, меня раздражала эта спокойная деревенская обстановка: отсутствие машин на дороге за оградой, многоэтажек, в окнах которых снуют люди, игровых площадок с кучей детей и воспроизводимого ими шума. Не хватало гама от бабушек на лавочках у подъездов и присутствия соседей за стенкой. Меня сводила с ума эта тишина, эти уныние и покой хуже, чем на кладбище.

Здесь я ощущаю себя настолько скучно, что по чувствам сродни к депрессии.

Мне не хочется ни читать, ни ходить, ни лежать и даже не существовать в коей-то мере. Я вдохнула, наклонившись головой на колени, затем встала и направилась в свою комнату. Чемоданы стояли у стены в моей комнате. Почему бы не убить замершее время их разгрузкой.

***

Рано утром Андрей ехал на мотоцикле на станцию электропоездов, чтоб встретить друга, когда неожиданно дорогу перебежали две девушки.

Парень резко затормозил и обомлел: одна из них Арина, Андрей ее знал, а вторая… Легкая как пушинка, в снежном длинном сарафане, со светлыми волосами, что развивались по ветру, ударялись о спину, как волны о скалу, и смех ее отозвался в ушах перезвоном колокольчиков.

Андрей как вскопанный сидел на мотоцикле не шелохнувшись, широкими глазами старался как можно больше рассмотреть незнакомку из сна.

Девчонки спустились по яру, а после, взявшись за руки, закружились и упали на густо заросшую зеленой травкой лужайку.