Эра сверхлюдей. Сага в двух частях

– Хазар, ты знаешь, что Томирис собралась замуж, – обратился вождь к шаману. – Я хочу, чтобы ты ответил на вопрос, правильно ли мы выбрали ей жениха и удачным ли будет их союз.

– Я понял мой вождь, – ответил тот и задом попятился обратно в центр шатра, где для него разожгли костер.

Шаман стал ходить вокруг костра, издавая нечленораздельные звуки, он бил в бубен и призывал духов. Несколько раз он подходил к костру и подбрасывал туда травы и подливал масло. Внутреннее помещение быстро наполнилось коптящими запахами, которые дурманили и вызывали сонливость.

Томирис силилась справиться со сном. Ей хотелось зевать, но она понимала, что сейчас все взоры обращены на нее. Краем глаза она увидела, как в шатер вошли ее друзья и сели на задних рядах, где и она собиралась притулиться, и сейчас она бы предпочла оказаться с ними рядом, а не здесь в центре внимания. Шаман ходил по кругу и повторял едва различимые слова и нечленораздельные звуки. По его жестам и мимике становилось понятно, что он впал в транс и скорее всего уже не пребывал в реальном мире.

– Луна взойдет, солнце придет, судьба своего агнца найдет, Томирис замуж пойдет.

Томирис едва расслышала его слова, как у нее закружилась голова. Это был плохой знак, значит, сейчас придут видения, и несколько минут она будет в ступоре. Томирис замерла, и отец заметил это. Ее взгляд ушел в никуда, и на лице отобразилась печать безразличия и отсутствия.

Все в племени уже привыкли к ее провалам. Они случались спонтанно, она не могла их контролировать и вызывать, но в такие моменты она видела ближайшее будущее. Оно являлось ей в виде картинок, которые нередко нужно было еще и правильно прочитать. Самостоятельно вызвать их она не могла, ровно как и остановить их поток, и потому несколько минут каждый раз прибывала в своеобразном трансе. Замирала, будто впадала в кому, даже ее сердцебиение и дыхание замедлялись в этот момент.

Взволнованные гости устремили свои взгляды на Томирис, ее видения были многим интереснее, чем результат обряда шамана, потому что они всегда были точны, а шаман говорил пространно. Да и сам шаман скоро пришел в себя и, заметив смятение, остановился и, отложив бубен, подошел к вождю.

– Мой вождь, давайте выслушаем сначала Томирис, – предложил он.