Тёмный Клан. Предатель

В расширенных от боли и страха глазах парнишки появилось осмысленное выражение. Он сосредоточился, и через минуту гримаса боли стала уходить с его лица.

– Да, так, всё хорошо, ты молодчина Дик. Контролируй чувствительность, мне нужно вынуть стрелу.

Краем уха он услышал топот копыт галопом влетающего в деревню отряда, но отвлечься не мог. Взявшись за древко, он одним коротким рывком вытащил стрелу, Дик вскрикнул, от боли утратив контроль, резко побледнел и потерял сознание. Через минуту рядом с Райаном на колени опустился Герман.

– Будет жить, – облегчённо выдохнул Герман, который совмещал в походе должность заместителя Райана с должностью отрядного лекаря. – Что чёрт возьми здесь происходит?

Глава 8.

Стоило Райану подняться с колен, как он услышал сзади робкое:

– Нижайше благодарим вас, достопочтенный тан, за избавление от душегубов этих, Аусеклисом проклятых!

Ищущий обернулся.

– Отнесите мальчика в дом, ему нужен покой. Когда придёт в сознание, сообщите мне, – приказал Райан и двое деревенских, по знаку старика, тут же бросились исполнять поручение. – Ты здесь главный?

Старик поспешно закивал. Он смотрел на Райана со смесью надежды и опаски, явно не зная, чего ждать от прибывшего во главе отряда вооружённых людей тана.

– Мы останемся здесь до завтрашнего утра. Разместишь моих людей, проследишь, чтобы привели в порядок и накормили лошадей. Мы заплатим.

– Да, ваша милость, конечно, ваша милость, сей же час, – торопливо забормотал старик, непрерывно кланяясь.

– Но Райан, ты сам говорил, что к вечеру мы должны быть в Вильне, – вмешался Герман.

– Дик до завтра не сможет держаться в седле, – отрезал Ищущий. – Он потерял много крови, а оставить его здесь я не могу.

– Как тебя зовут? – снова обратился он к старику.

– Симон, ваша милость.

– Кто эти люди, Симон? И что они делали в вашей деревне?

– Так это, господин…, – старик замялся, явно не зная, что сказать, а потом нашёлся. – Душегубы значится проклятые, беззаконие творящие. Люди лихие, откуда пришли неведомо.

– Симон, – Райан впился взглядом в старика. – Мне хотелось бы услышать правду.

Староста заметно побледнел, и глаза его забегали.