Вне зоны доступа

Возьми… – бабушка подозвала гостя рукой и вручила ему в руки ступку.

– Что это? – растерялся тот и несколько нервно на меня покосился. Ну, надо же… Если бы мне кто-то сказал, что Данил Соловьев станет искать поддержки в моем лице – я бы просто рассмеялась в лицо безумцу.

– Как это что? Ты ведь за средством от комаров пришел?

– Да… Я забыл фумигатор дома, – вконец растерялся Данил. – Но как вы…

Бабуля от вопросов гостя отмахнулась:

– Скатаешь шарики и разложишь по комнате. На подоконник там и возле двери.

– Главное, чтобы самый главный из них не сдох, – сердито пробормотала мама, вытаскивая чугунный котелок из духовки. Я закусила губу и отвернулась, чтобы не засмеяться, но перед этим все же успела заметить, как дрогнули губы Данила.

– Спасибо… – пробормотал он, салютуя бабушке ступкой.

– Посуду сразу верни. Мне без нее никуда, – сварливо заметила бабушка.

Данил кивнул и, насвистывая, пошел прочь из дома.

– Ты же не добавила в это зелье ничего такого? – на всякий случай уточнила у бабки я, когда тот, преодолев поросший цветами двор, скрылся за дверями флигеля.

– Да что ж я тебе – Ирод какой?

Ирод, не Ирод, но бабу Капу в наших краях побаивались. К ней шли за всякими зельями и лекарствами, к ней шли просто поговорить, получить совет или поплакаться на судьбу-злодейку. Долгое время бабуля была для здешнего народа и врачом, и психологом, и исповедником. К ней приходили, когда больше некуда было идти.

Прерывая наш разговор, у меня зазвонил телефон. Я с такой скоростью метнулась к небрежно брошенному на пол рюкзачку, что чуть было лоб не расшибла. И это было тоже скорее рефлексом. Ведь Птах, даже если захотел бы, все еще не смог бы до меня дозвониться. Новую симку мне обещали сделать через пару недель. Это было ужасно долго, но я была готова ждать, сколько потребуется.

– Да! – запыхавшись, бросила я.

– Яна Валентиновна, мне сорока на хвосте принесла, что вы в городе, а Лисовская в город опять не поехала… – пока я безуспешно гадала, какая тут связь, моя медсестра продолжила. – У нее ж давление бешеное, ну, вы помните… А она в огороде кверху жопой весь день. Теперь, вот, сознание потеряла. А главное, Степка ни черта не может сделать… Уж он-то ей и нашатырь, и укол… – бессвязно бормотала наша медсестра Леночка на том конце связи.