Только не отпускай

Ничего вызывающего в моем облике и близко не было. Если только размер груди. Но тут уж моей вины не было – природа наградила сверх всякой меры. Я еще раз оттолкнула от себя руки Уса, но в ответ он лишь усмехнулся:

– А знаешь, я, кажется, придумал, как мы можем уладить все вопросы. Ты, главное, не дергайся. Поняла?

В мозгу взвыла сирена. Одной рукой он ухватил меня за хвост, другой дернул полочки блузки в стороны. Так, что хрустальные пуговицы зазвенели капелью по кафелю пола.

– Какого черта здесь происходит?

Ус обернулся на звук, доносящийся от двери.

– О, Валентин Юрьевич! Вы за ваучером? – лицом умоляя незнакомого мужика мне подыграть, воскликнула я. – Проходите! Проходите, пожалуйста! Я только вас и жду. А Николай Иванович… – голос сбился, скатился куда-то в истерику, – уже уходит.

– Какой, нахрен, ваучер… – начал было недогадливый спаситель, но натолкнувшись на мой наполненный паникой взгляд, осекся и скользнул чуть выше, прямо к вывеске с логотипом моего агентства, установленной на стене напротив входной двери.

От облегчения у меня подкосились ноги. На какую-то долю секунды я даже прижалась лбом к груди мужчины, думая, что упаду.

– Ну, ничего, шкура, я тебе еще покажу, как серьезных мужиков кидать, – пообещал Ус, прежде чем выйти за дверь. Собственно, о том, что он вышел, я узнала по звуку захлопнувшейся двери.

Незнакомец откашлялся. С трудом овладев собой, я заставила себя от него оторваться. Отступила на шаг.

– Извините. Извините, я…

«Не должна была на вас вешаться». Вот, что я хотела сказать. Но язык не слушался. Поэтому я лишь подняла над головой руки и попыталась привести свою прическу в порядок. Незнакомец снова кашлянул. Вот тогда-то я поняла, что у меня имеется проблема посерьезнее растрепавшейся прически.

– О-ой, – протянула, скрещивая на груди руки.

В одной из коробок я нашла сувенирную футболку с логотипом агентства, стащила с себя блузку и быстро переоделась. Недолго думая, скомкала вещицу и выбросила в корзину для мусора. Меня трясло. Но где-то там был человек, которому я была очень благодарна. Который натуральным образом меня спас. Может быть, даже нажив себе этим неприятностей. От этой мысли у меня похолодело в затылке.