Самоотвод

Когда Денис ушел в кухню хозяйничать, Галина Ивановна прошептала:

– Верочка, кто это?

– Он же сказал, мама. Друг. Я ему, правда, с собакой помогла. И немного с сестрой. Она заболела, – отчиталась Вера.

– А где же их родители в это время были?

– Мама умерла, а папа много работает, – перешла на шепот хозяйка квартиры.

Галина Ивановна округлила глаза и прикрыла рот ладошкой:

– Бедный мальчик.

– Угу… Мам, пап, да что ж мы в дверях стоим? Проходите, давайте…

Чаепитие удалось на славу. Денис трескал любимые пирожки с капустой и внимательно слушал разговоры взрослых.

– Так это, что же, суд не за горами? – подвел итог отец.

– Я надеюсь, папа. Адвокаты Григорьева, конечно, затягивают процесс, но Егор Владимирович мне пообещал подать ходатайство, в случае чего.

– Это папка, что ли? – уточнил Денис.

– Папка-папка, – подтвердила Вера.

– Если отец пообещал, значит сделает, – кивнул головой парень.

Галина Ивановна подлила чай и обратилась к Денису:

– Так твой папа, получается, новый прокурор?

– Угу. Он хороший. Взятки не берет. Если бы не случай с мамой, его бы из столицы в жизни бы не перевели.

– Какой такой случай? – уточнила женщина.

– Она умерла из-за врачебной ошибки. Папа, конечно, искал виновных, и нашел. Да только эта докторша оказалась из непростой семьи. Вот отца и поперли. Но ничего, мне здесь даже больше жить нравится. Хоть пробок нет.

Вера растерянно посмотрела на родителей. Выходит, Егор Владимирович сам побывал в ее шкуре. Знает, как это, когда управу на виновного не найти…

– Денис… – Вера откашлялась. – А тот доктор… Он, что, и дальше работает?

– Да ты что, Вера. Папка это дело до ума довел. Он у меня, знаешь, какой непрошибаемый. Ему чем только не угрожали, я их разговор с бабушкой подслушал нечаянно. Мне-то он не говорил ничего…

Вера снова переглянулась с родителями. Вот оно как, оказывается… Может, и ей все-таки удастся найти правду.

– Ох, и наелся я, – пожаловался мальчик. – Спасибо, Галина Ивановна. Очень вкусно.

Мать Веры просто растаяла от похвалы:

– Кушай на здоровье. Верочка, а ты с собой Дениске пирогов заверни.

Денис засмущался и стал отнекиваться.

– Бери-бери. И папу угости, и сестричку. Может, познакомишь нас как-нибудь, – задумчиво протянул Николай Степанович. – А ты, Вергун, тоже кушай.