От земли до рая

Тут уж я и при желании не могла бы соврать, что это меня Сонька вслед за собой потащила.

– Ну, так что? Ты останешься? Давай, па! Лето заканчивается, а ты ни дня еще не отдыхал. Потусишь с нами, потом забуримся на какой-нибудь конц[1 - Конц – концерт (сленг).], и на самолет. Привет, родина!

Гейман молчал, что-то там прикидывая в уме, работающем получше многих даже самых мощных компьютеров. Не знаю, правда это или нет, но Сонька как-то рассказывала, будто он специально тренировал мозг, занимаясь по какой-то секретной методике, позволяющей расширить возможности сознания.

Звучало это, конечно, довольно странно, если не сказать – смешно. Да только, глядя на Яна Львовича, верилось и не в такое.

– Ладно. Твоя взяла. Пойду, переоденусь. Моя каюта, надеюсь, свободна?

– Эм… Ну, мы там с Лилькой обитали, но по такому случаю, вестимо, освободим барские хоромы, – Сонька вскочила и дурашливо поклонилась. – Льюис, дорогуша, поручи кому-нибудь перенести наши с Лилей вещи в белую каюту.

Гейман улыбнулся и поднялся вслед за дочерью.

Тут же подтянулась охрана. Он кивнул каким-то своим мыслям и, широко шагая, направился к лестнице, ведущей вниз. Но на полпути остановился. Подошел к лежаку, взял что-то, похожее на пузырек с кремом от загара, вернулся и бросил его прямо в меня. Я успела перехватить тюбик буквально в последний момент – настолько неожиданным был его выпад…

– Намажься, – велел он.

Я растерянно обвела себя взглядом, покосилась на разгорающийся все сильнее закат на горизонте и, медленно сглотнув, прошептала:

– Солнце уже село.

– Твоей коже даже лунный свет противопоказан, – улыбнулся Ян Львович. Вот только улыбка не коснулась его глаз. – Так что… намажься, да.

– И правда, Лиль! Смотри, вон, опять вся красная… – затараторила Соня, подходя поближе ко мне и забирая тюбик с кремом из моих рук. А я и слышала ее, и не слышала, провожая напряжённым взглядом широкую спину Геймана. – Ну-ка, повернись!

– Зачем?

– Намажу тебя, горе луковое. Прав папа, ты ж похуже вампира!

– Ну, спасибо, – посчитала нужным обидеться я.

– А что, я не права, скажешь? Даже на них так не действует солнечный свет, клянусь.

– И много ты знаешь вампиров? – Ян Львович, наконец, скрылся из моего вида, и я перевела взгляд на подругу.

– Ни одного! Но ты под подозрением… – захохотала Сонька. Подыгрывая подруге, я навалилась на нее сверху и угрожающе клацнула зубами прямо у нее перед носом. Она завизжала и принялась от меня отбиваться.