Непохожие

Без ложной скромности Андрей Казак – шикарный мужик, на фоне которого любой другой окажется в заведомом проигрыше. Красивый, статный, спортивный… Я даже хотела, чтобы он поучаствовал в съёмке. Наталья отказалась. На тот момент мне это решение показалось неправильным. Я даже попыталась мягко его оспорить. Но та не поддалась. И теперь я понимаю, почему.

– Даже страшно представить, что вы сейчас чувствуете.

– Да. Это очень непросто. Извините… Полагаю, я уже всё рассказала. Мы не могли бы свернуть интервью?

– Конечно.

Наталья благодарно улыбается. Встаёт, тепло прощается с моими ребятами и уходит, прячась за дверями шикарного особняка. Я была несказанно удивлена, увидев этот дом впервые. Зачастую у богатых и знаменитых настолько безвкусные дома, что хоть плачь. Тут же – не дом, а произведение искусства в минималистическом стиле. Такая совершенная геометрия, такой изумительный современный дизайн… Я раскатала губу, что нам удастся поснимать внутри.

– Что думаешь? – интересуюсь у ассистентки, когда мы рассаживаемся по местам в служебном микроавтобусе. Здесь, под кондиционером, вновь хочется жить, хотя вид у меня довольно помятый.

– Думаю, что Вишневская ни за что не выпустит это в печать, – пыхтит Алёна, осторожно поправляя чехлы с платьями на заднем сиденье.

– Побоится?

– Перестрахуется. Сама подумай, зачем главреду так подставлять журнал?

– Да почему подставлять-то?! – психую я. – У нас есть всё для подстраховки.

– Ты спросила, что я думаю – я ответила. Чего ты теперь со мной споришь, Нель?

И правда…

– Ладно, проехали. Для начала надо написать статью. А там посмотрим.

– На финал разговора я бы даже время не стала тратить, выкинула бы его, и всё.

– И что тогда от этого интервью останется? – невесело усмехаюсь я.

Аленка ржёт:

– Вот у людей заботы, правда?

Ага… Так почему же нас всех так манит эта богатая сытая жизнь?

– Кстати, о меню. Жрать хочется – сил нет.

– Может, заскочим куда-нибудь?

Это было бы замечательно, но мне не терпится засесть за статью и пересмотреть отснятые фото… Пусть ещё и не обработанные.

– Нет. Выбросите меня у дома.

Я живу в центре.