Навеки твой. Прощай

Будь его воля – он бы никогда его не отдал. Но ведь ему ясно дали понять, что документ вернуть надо, иначе все, к чему он столько лет стремился, пойдет по боку.

– Да, вот, нашел в одной из Лериных сумочек. Она такая рассеянная…

Конечно, он сделал вид, что не отбирал у жены документы сознательно. Конечно, Вишневая сделала вид, что ему поверила.

– Спасибо. Так вот, что касается развода…

– Его не будет. Так Лере и передайте. А впрочем, я сам ей скажу. Вы же не думали, что она сможет от меня скрыться, правда?

Павел протянул руку и, взяв винтажный нож для бумаги, покрутил тот между пальцами.

– Павел Владимирович, вы же понимаете, что развод все равно состоится. И для вас, и для Валерии Николаевны будет лучше, если это произойдет как можно скорей.

– Я так не думаю. Пройдет неделя-вторая, и Лера вернется домой, – Павел резко встал, прошел мимо стола и замер, склонившись над адвокатшей. – И знаете, что потом? Кто окажется крайним в том, что случилось? Вы.

– Вы сейчас мне угрожаете?

– Даже не сомневайтесь.

Я со свету вас сживу.

– Не боитесь, что наш разговор записывается?

К чести адвокатши, ее голос звучал уверенно.

– Бояться нужно вам, Юлечка. На вашем месте я бы внимательно смотрел по сторонам.

– Вы переходите все границы. Мы вам предлагаем решить все вопросы цивилизованно, в рамках правового поля…

– Это вы их перешли, когда влезли в мою семью. Кстати, – Исаев сделал вид, будто вот только об этом вспомнил, – если уж речь зашла о праве… Разве наши законы не предоставляют родителям равные права?

– Вопрос об установлении места проживания вашего малолетнего сына будет решаться в рамках отдельного судопроизводства.

– Отлично. Но пока этого не случилось… я имею все права на то, чтобы с ним увидеться?

– Безусловно.

– Тогда передайте моей жене, что я горю желанием воспользоваться этим правом немедленно. В противном случае, я тоже буду вынужден… – взгляд Исаева замер на груди адвокатши, – принять меры.

Конечно, он и сам мог бы ей это сказать, но это бы не принесло ему никакого удовольствия.

Теперь он хотел, чтобы Лера искала с ним встречи. Чтобы она боялась. Чтобы она, наконец, поняла, что с ним ей гораздо лучше и спокойнее, чем без него. Он долго за ней бегал, а теперь решил, что хватит… Пришла пора действовать решительно. Павел был уверен, что его жена объявится. Слишком хорошо он ее изучил за почти пятнадцать лет брака. Сын дался им так нелегко, что она ни за что не стала бы рисковать его спокойствием.