Мне тебя обещали

Но порой… господи, как отчаянно я по нему тосковала. Сколько слез пролила, рыдая в подушку. Сжимая одеяло в руках, больше всего на свете желая, чтобы вместо одеяла был он… тот, кого я отчаянно… до боли любила. Я изменилась. Он просто убил меня прежнюю… И самое страшное, что я совершенно не знала ту женщину, которой стала. Чего я только ни перепробовала, чтобы обрести равновесие… Записалась на новые кулинарные курсы, стала вести видеоблог, прыгнула с парашютом и провела месячную медитацию в Убуде[1 - Убуд – духовное сердце острова Бали.

Рай для медитации.]. Но по возвращению в Москву оставалась все такой же потерянной, как и раньше. Меня затягивала чудовищная депрессия, борьба с которой оказалась настолько изматывающей, что я сама не понимала, как еще что-то делаю… Дышу. Живу…

Возвращая меня в реальность, в приоткрытую дверь кабинета ворвались голоса.

– … не сказал бы, на месторождениях всегда хватает проблем.

– Это каких же?

– А взять хотя бы кадры. Найти хороших спецов сложно.

– Да ну? А я слышал, что к тебе фиг устроишься.

У вас ведь совсем нет текучки. Ты же не станешь этого отрицать?

– Не стану. Тут как раз все просто. У нас человеческие условия труда и честная оплата. Но и тут бывают проблемы, Виктор Борисыч.

Голоса все приближались. Я выбралась из кресла, чтобы выйти проводить гостей. А незнакомец, между тем, продолжал:

– Вчера, вон, из твоего любимого Салима телеграфировали. Доложили, что повар в аварию попал. Теперь в срочном порядке замену ищем. Айчары вешаются.

Не так-то просто найти желающих в такие сжатые сроки.

Я застыла посреди кабинета. Салим… Это же где-то на Крайнем севере? Там, где на сотни километров никого вокруг, и лишь вечная мерзлота да тундра?

– Удивительно, что ты в курсе таких незначительных деталей.

– Да это я случайно от директора по персоналу услышал… – засмеялся незнакомец, и у меня мурашки выступили на руках… Что ж такое-то?! Втянув побольше воздуха, будто там, рядом с ним, его станет мало, я вышла из-за двери и заученно улыбнулась.

– А вот и Майя… Спасибо тебе за гостеприимство, – хлопнул меня по плечу отец.

– Кофе был великолепным, – добавил его спутник, не сводя с меня того самого прожигающего взгляда. Даже за этими чертовыми черными, как ночь, стеклами я понимала… я кожей чувствовала его!

– И меню у нас тоже очень достойное. Заглядывайте как-нибудь, – пробормотала я, и мой голос дрожал. Незнакомец еще несколько мгновений не шевелился, глядя исключительно на меня.