Мне тебя обещали

Жрать хочется – сил нет, – пробубнил Миха и обратился уже к шаману: – А зачем это вы, мил человек, харчи в топку выкидываете?

– Это духам… – не слишком любезно пояснил тот. Мы с Михой переглянулись. Я видел, что мой напарник вот-вот заржет, а мне почему-то за него стыдно стало. Не то чтобы я верил, будто духов надо хлебом с дефицитным маслом кормить. Просто покоробило, что тот так пренебрежительно относится к человеку, который нас выручил. Неправильно это было. Я свел брови и отвернулся. Мои глаза встретились с раскосыми глазами шамана.

Такими… странными. Будто две черные дыры, всасывающие в себя все живое. Я уже и сам был не рад, что наши взгляды схлестнулись. Хотел бы отвернуться – да не смог.

– Вот, надень поверх. Согреешься быстрее.

Шаман протянул мне свое одеяние. Я тогда не знал, какую мне честь оказали. И до сих пор не понимаю, чем ее заслужил. А в тот момент я просто послушно продел руки в рукава, чтобы только избавиться от этого взгляда. Сделал вид, что с интересом разглядываю металлические подвески и бляшки, изображающие, по всей видимости, солнце, луну и еще что-то, мне непонятное, нашитое на одеяние.

Было тихо. Даже Миха заткнулся, уплетая предложенные ему угощения: вареную в мундире картошку, квашеную капусту и строганину. Уютно потрескивали поленья в печи, и шипела зажженная на столе толстая свечка. Шаман что-то монотонно бормотал на своем, и эти гортанные звуки гипнотизировали, усыпляли… В какой-то момент я будто вылетел за пределы тела. Ощущение было именно таким. А потом меня воронкой затянуло в какое-то жуткое место… Я слышал стоны и крики, мне было так больно и плохо, что я думал, уже не выбраться мне оттуда живым.

Я испытал все адовы муки и пытки. И эта мучительная изматывающая агония тянулась так бесконечно долго… Будто кто-то выпотрошил мое тело, вынул каждый нерв и бросил умирать. Но я не мог, хоть смерть и была моим избавлением. И вот тогда, когда я думал, что все – больше не выдержу, я увидел… Её.

– Майя, дальше мы сами… – прервал мои мысли тихий голос Золотова.

Я тряхнул головой, возвращаясь из далекого-далекого прошлого, которое не отпускало меня все эти долгие пятнадцать лет.

Майя… – протянул про себя. – Ма-а-а-айя. Мо-о-о-оя. Вот как это звучало в моей голове. Так правильно звучало.

Она коротко улыбнулась и, закусив пухлую нижнюю губу, с силой сжала выставленный перед собой, как щит, поднос. Я залип на ее руках. По-настоящему красивых женских ручках. С неброским бежевым лаком на овальных ногтях.