Искушённый

– Тим, ты посмотри, какая телочка!

В рваных клочьях опустившегося на город тумана отставной генерал заметил обжимающуюся парочку и еще двух животных. Мужчинами он назвать их не мог. Женщина дернулась в попытке освободиться.

– Руки убери. И я сделаю вид, что ничего не было, – донесся до него грудной голос. Волосы на затылке поднялись. Ток молнией прошел по спинному мозгу. Этот голос он узнал бы из миллиона. Что она здесь делает? Пришла за ним? Смешно… Нет, Лейла, конечно, хороша. Он сам многое вложил в ее подготовку.

– Сделаешь вид? – заржал тот, что ее держал, – ты смешная… Мне это нравится.

Его руки скользнули ниже, в попытке проникнуть ей в трусики. Лейла развернулась и, провернув довольно неплохой приемчик, двумя ударами отправила насильника в нокдаун.

– Еще кто-то хочет? Или мы по-хорошему разойдемся? – склонив голову на бок, спросила она.

Сергей усмехнулся. Член в штанах дернулся.

– Кир, держи эту шалаву! Она мне врезала прямо по яйцам!

Лейла держалась молодцом. Стремительная, как пуля. Ей хватило каких-то минут, чтобы все закончилось. Вырубив еще одного, и, похоже, сломав ногу другому, она встряхнула кистью рабочей руки и медленно отступила. Прямо в его объятья…

Сергей сомкнул руки у нее на животе, прижимаясь грудью к ее спине. Лейла в панике дернулась, но практически мгновенно страх покинул ее одеревеневшее тело.

– Генерал… – прошептала она, только утверждая Сергея в мысли о том, что ее послали.

– Заткнись и иди вперед.

– К-куда? – отчего-то запнулась Лейла. Не ожидала, что он ее вычислит первым? А зря!

– Туда, где ты мне расскажешь о том, кто тебя послал.

– Мой дом в двух шагах отсюда.

Лейла чуть повернула голову, так что в свете уличных фонарей он мог разглядеть ее профиль и пухлые мягкие губы. Ее дразнящий восточный аромат коснулся его рецепторов. Такой знакомый…

На мгновение Сергей растерялся от наглости своей бывшей помощницы.

– За годы службы вы, старлей, могли хотя бы понять, что я не дурак.

– Вы имеете в виду за годы преданной службы? – уточнила Лейла, сделав ударение на слове «преданной» и резко остановилась. Ее упругие, как орех, ягодицы, вжались в его напряженный пах. Темные, как сама ночь, волосы мазнули по жилистым жестким рукам. Обжигая. Она была права. Если и был в конторе человек, которому он доверял… Это была Лейла.