Стальная стрекоза

Юстас расхохотался, но, поймав на себе взгляд брата, замолчал и сделал серьёзное лицо.

– Повторяй за мной, – попросила Канышай.

– Ничего, что я буду повторять на языке нортов?

– А ты повторяй на своём родном языке. Ты же знаешь его?

– Знаю.

– Тогда начинай. Тенгри, ради зелёной травы, что растёт на чёрной земле, ради сильных ветров, ради белых берёз, ради наших коней, пусть не постигнет нас беда. Прими всё, Умай, забери всё. Тфа, тфа. Тфа, тфа.

Когда Эриш повторил эти слова на языке амаргов, Канышай спокойно села на заднее сиденье автомобиля.

На обед друзья заехали в придорожный трактир, тот самый, в котором они останавливались по пути из Яссы. Заняв самый большой стол, мужчины уже собрались сделать заказ, и едва Шелдон попросил утку, как Канышай строго произнесла:

– Никакого мяса.

– Чего? – не понял принц.

– Никакого мяса, пока мы не вернём браслеты. Или ты не ходил к Волчьему камню, наследник великого шоно?

– Ходил. Но причём тут Волчий камень?

– Ты ведь постился, пока шёл к нему?

– Постился.

– Вот и сейчас надо. Это не просто браслеты. Они вернутся ко мне, только если со мной будет достойный человек. Это ведь ты хочешь вернуть меч солнца? Я буду тебе помогать, но только на моих условиях.

– Можно вопрос? – Неру поднял руку.

– Да, сын чёрной земли.

– Сын крокодила он, а не чёрной земли, – пробормотал Шелдон.

– Канышай не настолько стара, чтобы не слышать, что ты говоришь, наследник великого шоно, – сказала бабушка. – Твой друг из Уасета, а это чёрная земля.

– Это правда, – кивнул Неру. – Так называли Уасет раньше. Так вот у меня вопрос. По поводу мяса. Это касается только высочества или всех присутствующих?

– Это касается всех, кто идёт с ним.

– Не есть мяса? – переспросил Эриш, когда Феликс перевёл ему слова Канышай. – А что тогда есть?

– Полно разной еды, кроме мяса. Есть сыр, овощи, фрукты, орехи, грибы, хлеб, наконец. И в этом трактире тоже.

– Ладно, – вздохнул Шелдон и подозвал официанта. – Неси нам лепёшек с рисом и овощами, сырную тарелку и омлет с грибами. Омлет же можно, бабушка?

– Что с тобой поделаешь, – улыбнулась Канышай. – Можно.