Стальная стрекоза

 – В карцер проник какой-то профессионал?

– Или Феликс открыл своим ключом, или я взломал, – ответил Юстас.

– На кой?

– Убить Аяна?

– Юстас, зачем тебе убивать Аяна?

– Абсолютно незачем.

– Ты мог случайно превысить дозу снотворного? – спросил Неру.

– Не мог.

– Помните, что произошло в Валахии? – заговорил молчавший до этого Макс. – Сыщики арестовали хозяина «Люцерны», а потом его нашли мёртвым.

– Янко говорил, что на нём не было никаких видимых повреждений, – кивнул Феликс. – Мы до сих пор не знаем, что с ним произошло, или вы получили отчёт, Неру?

– Получили.

– Я уверен, что с Аяном произошло то же самое, – сказал Никсон.

– И что мы имеем? – проговорил Шелдон. – Убить Аяна мог только профессионал.

– Кто-то со стороны мог попасть во дворец? – спросил Макс.

– Исключено.

– Давайте перечислим всех профессионалов, которые сейчас есть во дворце, – предложил Неру.

– Четверо сейчас здесь, – усмехнулся Эриш.

– Соглашусь, – улыбнулся Неру. – Ты, твой брат, Мавка и я. Кроме нас ещё Янко, он ведь выпускник школы при Тайной канцелярии.

– И Ким, – добавил Феликс.

– И Ким, – кивнул амма. – Это если мы принимаем, что Дарын – самозванец. Тогда вообще логично, ведь именно Аян его так настойчиво обвинял. Ещё из профессионалов во дворце ночевали Брунен и Акст, но обвинять их у меня язык не повернётся. Как и Юргена.

– Я не понимаю, зачем Аяна мог убить один из вас, – сказал Шелдон.

– Давайте сначала разберёмся с возможностями, – ответил Неру. – И с алиби.

– У нас с Феликсом нет алиби на то время, когда я убежал за платьем, – с улыбкой произнёс Юстас. – Меня долго не было во дворце, а Феликс один возвращался в покои. А вот у братца и Неру алиби есть. Остались ещё Ким и Янко. Они оба в лазарете?

– Да, только в разных комнатах, – кивнул амма. – Алиби нет у обоих.

– То есть вы серьёзно рассуждаете о том, что мелкий и Юстас могли прикончить Аяна? – возмутился Шелдон.

– Тебе придумать мотив? – отозвался Неру.

– Издеваешься?

– Нисколько. У Мавки могут быть свои соображения насчёт братства, которыми он не намерен ни с кем делиться. И ты, высочество, был свидетелем подобных выкрутасов не единожды. Вспомни, как Феликс вообще стал сыном луны. Он хоть кому-то признался? То-то же. В Яссе он снова предпочёл умолчать о произошедшем. Мавка, я прав?

– Прав, – кивнул Феликс.

– Теперь Юстас.