Стальная стрекоза

– Так ты всё видел, Шел? – спросил Феликс.

– Нет, я увидел, как кто-то убежал, но я не разобрал, кто. А Янко уже упал. Но я услышал кровь.

– Но почему Арен? – задал вопрос Янко.

– Мы нашли у него нарколабораторию, – ответил принц.

– Вот оно что. Значит, я был прав, предполагая, что наркотики в Валахию шли из Яссы.

– Думаю, тебе надо отлежаться и вернуться в Валахию, – сказал Феликс.

– Ну, уж нет! – возразил Янко. – Я поеду с вами в Алмазар. Для меня это теперь дело принципа. В конец концов мы не верхом ездим, а на машинах.

Справлюсь.

– Если ты так настаиваешь, я могу повести, – предложил Юстас. – А братец поедет с Максом. Но полежать тебе всё-таки надо. Это я тебе как знахарь говорю.

– Ты не опоздаешь на своё представление в Шаукаре?

– Пока ещё время есть, – улыбнулся Эскот.

Когда после сытного ужина, приготовленного мамой Феликса, друзья пили домашний кисель, Янко вдруг спросил:

– Мавка, а тебя всё ещё считают Речным царём?

– В Яссе точно ходят такие слухи, – кивнул Шелдон, отставив кружку в сторону.

– Ты всё-таки не любишь кисель, да? – вздохнула Илинка.

– Больно он сладкий, – смутился принц.

– Давай морсу тебе налью?

– Спасибо, – улыбнулся Шелдон.

– А что за история с Речным царём? – поинтересовался Юстас.

– У нас в деревне верят в мавок, которые выходят из реки, водят хороводы, играют на флейтах и поют, – начал рассказывать Феликс. – Они могут одурманить и утащить за собой в глубокий омут.

А правит ими речной царь. В прошлом году один нехороший человек из братства воспользовался наивностью девушки и предстал перед ней в образе речного царя, одурманил её и увёз в Валахию, где накачивал наркотиками, чтобы привязать к себе. Пока мы пытались в этом разобраться, я тоже изобразил, ну, если не речного царя, то, наверное, его сына. Ко мне вышла девушка, которую я разговорил, и всё, собственно, и выяснил.

– Ты им песенку спой, – хитро улыбнулся Шелдон.

– Зачем? Мне их соблазнять не надо.

– Спой, я тебе говорю.

– Спой, уже всем интересно, – рассмеялся Юстас. – Даже Максу.

Вернер только закатил глаза.

– В заводь тихую мою

Приводи своих подруг.

На кувшинки лепестках,

Поцелуем на губах

Тонет девичья печаль,

Ты подругу привечай, – тихо пропел Феликс.

– Завораживает, – проговорил Мартин.

– Вот и девчонку ту заворожило, – подтвердил Шелдон. – Она потом хвостом за мелким ходила.